Легат именем императора пообещал повесить любого, кто посмеет ослушаться приказа, а если непокорного капитана поддержит команда, то такое судно будет немедленно взято на абордаж и всё бунтовщики будут прикованы к вёслам. Капитаны были вынуждены подчиниться, так как у легата было почти две тысячи солдат, часть из них он посадил на дромоны для усиления команд на случай морского боя. При необходимости они могли заставить капитана и команду выполнять приказы легата.
Чутьё не подвело молодого командующего - флот без потерь подошёл к африканскому берегу, ни разу ни встретив кораблей «покорных» - вера верой, но ходить по морю они предпочитали поближе к земле. Флоту империи оставалось ещё несколько миль до береговой полосы. Вард в который раз всматривался в карту, когда вперёдсмотрящий заорал с верхушки мачты:
- Вижу дым!
- Направление! - рявкнул в ответ легат.
- Туда! - крикнул в ответ матрос. Он выхватил меч, протянул в сторону приближающегося берега. Вард бросил быстрый взгляд на карту - именно в этом направлении им и надо было идти. Поднял голову, посмотрел на капитана корабля. Кивнул.
- На вёсла! - отдал команду капитан. - Сигнал остальным судам - делай, как я!
Матросы, отдохнувшие и даже немного потолстевшие за время плавания, ринулись к уключинам, как львы, рыча, сбивая друг друга с ног от избытка сил. Громадные, сделанные из цельного ствола дерева, вёсла упали в воду, вспенили, закружили волну и дромоны побежали вперёд, на ходу выстраиваясь в линию атаки. Солдаты заняли места по боевому расписанию, приготовили огнемёты. На грузовых судах развернули дополнительные паруса, добавили гребцов, они почти не отставали от дромонов. Флот империи полным ходом пошёл на сближение с противником.
Прошло несколько томительных минут, показались верхушки мачт со свёрнутыми парусами, затем длинные корпуса кораблей с высокой кормой и косым носовым парусом - именно такие во флоте последователей нового пророка. Корабли «покорных» стоят на якорях, сходни сброшены.
На плоском песчаном берегу кипит битва. Крепость на холме горит, дым от пожара и заметили с кораблей.
С первого взгляда Александр, стоявший рядом с Вардом, понял, что они попали в самый разгар веселья - арабы решили штурмом овладеть крепостью ромеев и начали атаку сразу с двух сторон - с суши и с моря. Он взглянул на Варда. Легат по-волчьи оскалился, подмигнул - сейчас повеселимся!
Корабли ромеев приблизились незамеченными, носовые огнемёты с тягучим рёвом всё сразу выплюнули красно-чёрные струи "греческого огня". Суда противника вспыхнули факелами, жидкий огонь стёк с горящих бортов на воду. Запылало вся прибрежная полоса, огонь забрался на другие корабли и через считанные мгновения весь флот "покорных" горел. На какое-то время сражение стихло - всех поразило зрелище стены огня, мгновенно выросшей, словно из воды.
Пока дромоны расправлялись с флотом противника, фортиды обогнули пылающие суда, подошли вплотную к берегу. С бортов с грохотом упали сходни, имперские солдаты устремились вперёд, выстраиваясь на бегу в боевой порядок и без промедления ринулись в наступление.
Бронированные клинья пехоты рассекли толпу "покорных" на куски. Арабы, только что торжествовавшие близкую победу, растерялись - от кораблей остались догорающие головешки, внезапно появившееся войско ромеев наступает, прижимая к горящим стенам крепости, гарнизон которой сразу воспрянул духом и контратаковал.
Через несколько минут арабские военачальники потеряли управление войсками. Растерявшиеся солдаты перестали подчиняться приказам, командиры напрасно срывали голоса - паника, как лесной пожар, стремительно охватила войско. Солдаты бросали оружие и думали только о том, как спастись, разбегаясь во всё стороны. Покинуть побоище удалось очень немногим. Ромейская пехота умело замкнула клещи окружения и всё, кто не сумел вырваться, погибли под ударами мечей и копий. Не прошло и часа, как сражение закончилось полным разгромом "покорных".
Александр не участвовал в сражении. Как офицер для особых поручений, он находился рядом с командующим - в данном случае это был Вард Фока - и только наблюдал за ходом боя. Впервые в жизни увидел собственными глазами, как воюет регулярная армия Византийской империи, был поражён дисциплиной, организованностью и выучкой войск. Тысячи людей действовали, как живой единый организм. Многорукое и многоглавое чудовище, военная машина ромеев, сначала превратила войско противника в орущую толпу перепуганных людей, а потом хладнокровно уничтожила всех без остатка. Ещё больше удивился, когда увидел, что солдаты не бросились грабить убитых и раненых, как это было принято во всём мире, а спокойно, без суеты, построились. Командиры проверили людей и ровные колонны солдат - в ногу! - пошли к крепости. На поле боя остались только специальные команды собирателей трофеев.
