В этот день неудачи преследовали маленький отряд с самого утра. Полдня провели на палящем солнце, не встретив ни единой живой души. Фанатики нового пророка уничтожил всё в радиусе нескольких километров. Изредка встречались остатки сожжённых деревень, засыпанные песком колодцы. Поднявшийся ветер принёс пыль, пришлось замотать лица платками. Ветер, сухой и горячий, больно хлестался песком, пыль забивалась в нос, лезла в глаза, под одежду.
Александр понял, что поиск ни к чему не приведёт, надо возвращаться. Отряд повернул, усталые кони уныло затрусили по едва заметной дороге. Несколько раз на горизонте показывались какие-то люди, но быстро исчезали, едва замечали конников. Обратный путь всём показался вдвое длиннее и когда вдали выросли сторожевые башни ромейской крепости, обрадовались даже лошади.
На другой день остались в крепости - началась песчаная буря и не утихала до полночи. Александр приуныл. Он одиноко сидел в маленькой палатке, размышляя, где и как искать парня. В который раз разглядывал карту, но, увы, достоверным на ней был только рисунок крепости, всё остальное уже не существовало, ибо жители покинули свои жилища и обосновались совершенно в другом месте.
" Ни рек, ни озёр, никакого чёрта нет! - размышлял Александр, - как тут вообще люди живут? Песок да камни ... Глину, что ли, жрут? Вместо леса прутики сушёные торчат из песка, воды нет. Тьфу, вот беда!"
Воспалённые, красные от пыли глаза скользнули по старой, затёртой телячьей коже, взгляд зацепился клубок тонких линий в углу карты. Он вспомнил, что точно такие линии и чёрточки были на той карте, что нашёл на драккаре вместе с доспехами. Вард объяснил тогда ему, что так обозначают реки и крупные ручьи. Значит, где-то не очень далёко есть река. А где река, там люди!
Александр почуял, как где-то глубоко-глубоко в душе засветился огонёк надежды. Если парень выжил, он не остался в бесплодной пустыне один. Мог прибиться к какому ни будь бродячему племени, а они здесь всё бродячие, и вместе с ним откочевать подальше от войны, от бескрайних песков к воде.
Он выскочил из палатки, торопливо пошёл к шатру командира гарнизона, на ходу сворачивая карту в трубочку. Из тьмы вышел часовой, намереваясь заступить дорогу, но узнал, отступил. Александр негромко стукнул рукоятью меча по деревянной стойке, вошёл внутрь.
Вард сидит за походным столом, перёд ним разбросаны бумаги, развёрнута большая карта. Поднял голову, устало взглянул на вошедшего. Бросилось в глаза, как похож на стратига Михаила, того самого, у которого был Александр.
- Ты чего? Извини, Александр, у меня много дел, - глухо произнёс Вард, - давай короче.
- Знаю. Я хотел взглянуть на твою карту, моя слишком маленькая. Можно?
Вард молча подвинул карту, поднёс светильник ближе.
- Что это? - спросил Александр, ткнув пальцем в сплетение голубых линий.
- Устье Нила, - ответил Вард, - десятки километров ручьёв, речек и речушек. Вместо берегов земляная жижа, непроходимые заросли камыша и тростника. А что?
- Сына Марцеллия надо искать там, - ответил русич, накрыл рисунок ладонью.
Вард некоторое время молчал, потом тихо спросил:
- Ты знаешь, что это такое - устье Нила?
- Речка разливается перёд впадением в море, видал я такое... - пренебрежительно отмахнулся Александр.
- Речка ... - усмехнулся Вард, - устье Нила - сплошное переплетение воды, грязи, кустарника. По сути, это бескрайнее болото. Весной Нил разливается, болото увеличивается в несколько раз, потом вода уходит, грязь остаётся. Высохшую грязь крестьяне распахивают, по три урожая в год снимают... Ладно, это не важно. Там полным полно крокодилов. Такое видал?
- Ну... разберёмся с крк ... чёрт! ... ну, в общем, рассказывай, чего это такое.
- Крокодилы - это драконы, чудища водяные! Они живут в реке, очень быстро плавают, ловко прячутся и нападают неожиданно, из засады. Ноги у них маленькие, кривые, но бегают, будь здоров, только недалёко. Вырастают такими громадными, что человека пополам перекусывают, лошадь вместе с повозкой под воду утаскивают! И их там, этих чудищ, как лягушек на ваших русских болотах, где самый страшный зверь бобёр. Вот так!
- Не может быть! - не поверил Александр, - ты серьёзно?
- Серьёзней некуда.
Александр опустился на лежанку, обхватил голову руками. Шёпотом спросил:
- Что же делать, легат? Вокруг одна пустыня, ни одной живой души, даже спросить не у кого. Здесь вообще никого нет! Люди ушли от войны и голода.
Вард также тихо ответил:
- Не знаю. Наверно, ты прав, здесь искать некого. Там земля очень богата, по три урожая в год снимают, я ж говорил, можно спастись от голода. Люди селятся по краям устья, внутрь захочет сунуться только сумасшедший или самоубийца, так что парнишка мог спрятаться в каком ни будь поселении, если, конечно, он вообще жив.
Александр только развёл руками в ответ.
- Но я не могу дать тебе людей, - ещё тише продолжил Вард, - даже сотню. Через несколько дней мы выступаем на соединение с войсками стратига Андрея, что бы вместе разбить войско арабов, иначе вся наша кампания проиграна. Только десяток добровольцев и всё.
