– Красота – страшная сила, – покровительственно говорит ей Андрюха. – Вы страшно красивая. Идите уже спасать мир. Он заждался.
– Пока, мальчики! – Девица подскакивает к Андрюхе, целует его в щеку и, помахав нам рукой, выбегает из кафе.
– Вот и попили кофе… – вздыхаю я, глядя, как сказка садится в машину и та трогается с места, потом перевожу взгляд на моего товарища.
– …и пирогов поели, – добавляет он и с опаской спрашивает: – Ты чего так смотришь?
– Да ты теперь такой… – Я внимательно изучаю отпечаток девичьих губ и следы тонального крема у него на щеке. – Красивый. Сейчас вытру.
Беру салфетку и принимаюсь усердно тереть его щеку. Он вздрагивает и ворчит:
– Ты как-то понежнее, что ли, а то всю красоту сотрешь.
– Зато сразу узнаем, кто любит тебя только за красивое лицо.
Андрюха хитро улыбается в ответ и закрывает глаза. Я расцениваю это как знак доверия.
Вот и пришло время поговорить о Кафе-на-Перекрестке. Его прообразом является кафе Julia Child Bistro, расположенное по адресу Гражданская улица, дом 27.
Дом был построен в 1875 году по проекту архитектора Василия Розинского и практически с самого начала прозван «домом исполнения желаний». До революции, как и в наши дни, в доме размещались разные торговые точки. Среди них выделялась булочная. По поверью, любое блюдо, приготовленное пекарем Софьей, приносило удачу, исцеляло от недугов и хандры. Артисты ехали к Софье, чтобы угоститься ее вафлями перед выступлением. Это гарантировало успех.
Кроме того, считается, что у проживающих и бывающих в этом доме улучшается настроение, растет уровень жизни и сбываются заветные мечты. В сети можно найти много историй о жильцах этого дома, к которым пришла удача (для большей достоверности – с указанием дат и фамилий).
В настоящее время это одно из мест в Санкт-Петербурге, где можно совместить приятное с полезным – и насладиться вкусностями, и загадать желание. Главное, чтобы помыслы были чистыми, а желания – искренними.
– Что-то мне все это не нравится, – шепчу я, но мой голос все равно эхом разносится по парадной.
– Боишься, что ли? – хмыкает Славка.
– Ничего я не боюсь, – раздраженно отвечаю я.
– Так не бывает, – бросает наблюдающий. – Все чего-то боятся, и ты не исключение.
Язык предательски чешется ответить какой-нибудь колкостью, но я стоически сдерживаюсь. Мы, вообще-то, сидим и ждем, когда явятся нарушители порядка. Сидим мы, к слову сказать, на ступенях Ротонды на Гороховой улице.
На человеческом слое города Ротонда слывет местом, исполняющим желания. С некоторых пор желания стали сбываться почти мгновенно, только в довесок к ним, как многотомные труды партийных бонз к «Трем мушкетерам», народ стал получать и воплотившиеся в реальность страхи.
Ответственность за это взяла на себя группировка «Бесы Достоевского» (разумеется, состоящая из самых настоящих питерских бесов), а те, кто несет ответственность за закон и порядок, сообразили-таки отправить в Ротонду Славку – наблюдающего, которому по должности положено хранить равновесие сил на всех слоях города и вмешиваться, если оно нарушено. Славка, в свою очередь, позвал меня.
– Наблюдающий, ты ли это?! – У входа бьет фонтан искр, и из него материализуется тип в длинном черном пальто. – Апостол твой, смотрю, тоже при тебе. Не просил еще открыть секрет?
– Не смешно, – ворчит Славка.
– Что? Оскорбляю чувства верующих? Я бес. Мне сам бог велел.
– Мелко, бес, мелко. – Голос наблюдающего звучит устало. – До того как я призову тебя и твою группировку к ответу, скажи мне, чем вы руководствовались?
– Культура потребления у людей превысила все разумные границы, – отвечает тот. – Так пусть получают по полной программе. Если хотят, чтобы сбылось то, о чем они грезят, пусть имеют и то, чего боятся.
– Логично, – кивает Славка, – но это нарушение. За свои желания они чем-то платят, за страхи – нет.
– Никакого нарушения нет, – возражает бес. – Страхи они получают бонусом. Это дополнение к желанию. Подарок фирмы.
– Андрей, – говорит мне Славка холодным официальным тоном, – сейчас он будет нас забалтывать. В словах беса может не быть правды, но всегда будет логика, поэтому ты следишь за мной, я – за тобой, и мы вместе – за ходом его речи. – После чего вновь обращается к бесу: – Ваша, как ты изволил выразиться, фирма к Ротонде не имеет никакого отношения.
– Имеет! Она – часть города, мы – часть города.
– Примерно так, – шепчет мне Славка и сообщает бесу: – Люди приходят сюда загадывать желания, а получают реализацию страхов. Это нарушение.
– Нет, это не нарушение, – отвечает бес. Приближается к лестнице, ставит ногу на ступеньку и выжидающе смотрит на нас. В его глазах блестит лукавство. – Бойтесь своих желаний, говорят люди, а мы говорим: возлюбите свои страхи. По сути, они жаждут страхов не меньше, а то и больше, чем желаний. Они много думают о страхах, смакуют их. Так почему бы не подарить им то, чему они уделяют столько внимания?
