| Behind him, the woman stirred. The Hassassin turned. | Ассасин услышал за спиной какой-то звук и обернулся. |
| He considered letting her wake up. | Его пленница чуть изменила позу. Он подумал, не стоит ли привести девицу в чувство. |
| Seeing terror in a woman's eyes was his ultimate aphrodisiac. | Для него не было средства более возбуждающего, чем ужас в глазах женщины. |
| He opted for prudence. | Однако, подумав, ассасин решил не рисковать. |
| It would be better if she remained unconscious while he was gone. | Будет лучше, если на время его отсутствия она останется без сознания. |
| Although she was tied and would never escape, the Hassassin did not want to return and find her exhausted from struggling. | Она, конечно, была связана и убежать не могла, но убийце не хотелось по возвращении застать ее обессилевшей в бесплодной борьбе с путами. |
| I want your strength preserved... for me. | "Я хочу, чтобы ты сохранила силы... для меня". |
| Lifting her head slightly, he placed his palm beneath her neck and found the hollow directly beneath her skull. | Слегка приподняв голову Виттории, он нащупал углубление на шее сразу под черепом. |
| The crown/meridian pressure point was one he had used countless times. | Убийца давно потерял счет тому, сколько раз пользовался этим приемом. |
| With crushing force, he drove his thumb into the soft cartilage and felt it depress. | С огромной силой он вдавил большой палец в мягкий хрящ и продержал его в этом положении несколько секунд. |
| The woman slumped instantly. | Тело девушки мгновенно обмякло. |
| Twenty minutes, he thought. | Двадцать минут, подумал ассасин. |
| She would be a tantalizing end to a perfect day. | Это будет достойным завершением превосходного дня. |
| After she had served him and died doing it, he would stand on the balcony and watch the midnight Vatican fireworks. | После того как она удовлетворит его страсть и умрет, он выйдет на балкон, чтобы полюбоваться полуночным фейерверком в Ватикане. |
| Leaving his prize unconscious on the couch, the Hassassin went downstairs into a torchlit dungeon. | Оставив свою добычу на диване, ассасин спустился в залитую светом факелов темницу. |
| The final task. | Последнее задание. |
| He walked to the table and revered the sacred, metal forms that had been left there for him. | Он подошел к столу и с благоговением посмотрел на оставленные для него священные металлические литые формы. |
| Water. | Вода. |
| It was his last. | Это был последний знак. |
| Removing a torch from the wall as he had done three times already, he began heating the end. | Сняв со стены факел, как делал это уже трижды, ассасин стал нагревать один конец стержня. |
| When the end of the object was white hot, he carried it to the cell. | Когда металл раскалился добела, он прошел в камеру. |
| Inside, a single man stood in silence. Old and alone. | Там, стоя, его ждал человек. |
| "Cardinal Baggia," the killer hissed. "Have you prayed yet?" | - Вы уже помолились, кардинал Баджиа? -прошипел он. |
