Интересны в такой же степени и ругательные отзывы, появлявшиеся в газетах наряду с комплиментарными. Пресса жёстко критиковала бывшего лидера и её курс, особенно в последние годы правления, высмеивала Маргарет, порой бестактно. Дело доходило до непристойностей: например, сравнение её знаменитой кожаной сумочки с зубастым влагалищем. Особенно яростный огонь критики вызвала сама автор мемуаров, наградившая нелестными характеристиками многих своих бывших коллег. Не стал исключением и тогдашний премьер, заступивший на этот пост сразу после Тэтчер. «У Джона Мейджора мало опыта и не хватает политической интуиции», – писала она. Лорд Гилмор назвал даже её книгу «полной желчи обо всех». Однако леди тактично умалчивает кое о чём, например, о королеве, о разных скандалах. Вне критики оказался едва ли не единственный человек, находившийся рядом с ней на Даунинг-стрит все годы её правления. Это сэр Денис, муж Маргарет. Он всегда и во всём служил ей поддержкой, пишет автор мемуаров, и она «должна ему и признаёт этот долг». «Какой человек! Какой муж! Какой друг!» – восклицает «Железная леди».
Лондонский корреспондент одной российской газеты в ажиотаже вокруг мемуаров Тэтчер увидел повод устыдиться по совсем другому поводу. «Наблюдая, как Британия воздаёт ей должное, – писал он в своей лондонской корреспонденции, – снова и снова задумываешься: почему бы и нам так же не относиться хотя бы к некоторым «бывшим»? Неужели никто из них не заслуживает доброго слова?» Оказалось, ухо российского корреспондента выхватывало в этом ажиотаже привычное: «выдающийся лидер», «великий политик»… Может быть, именно из-за отсутствия скепсиса у нас, русских, такая реакция?
Да что мемуары! В прежние времена мы, читавшие репортажи советских иностранных корреспондентов, были абсолютно уверены в свирепости лондонских «бобби»: мол, чуть что, полицейские вынимают дубинку, чтобы огреть сограждан-нарушителей. Смешно, но уже в годы перестройки полицейских Лондона ставили в пример слишком «либеральной московской милиции». На самом деле, лица этих парней в касках скорее миролюбивые, чем зверские. И отличаются «бобби» как раз готовностью помочь. А потом уж, при необходимости (в случае нападения на них), отдубасить. Таковыми они предстали перед публикой и накануне праздника под названием «Гай Фокс», отмечаемого ежегодно начиная с 1605 года. Тогда этот самый Гай Фокс попытался взорвать здание парламента, за что поплатился головой в буквальном смысле. С тех пор за неделю до праздника и неделю спустя, в лондонском небе разрываются тысячи фейерверков сжигаются чучела Фокса в назидание тем, кто поднимает руку на демократию. Помню, тогда, в 90-е, мне всё было в новинку: лондонцы палили из ручных ракетниц до глубокой ночи повсюду – у себя в саду, вылезали на крышу дома, собирались в парке, на площадях, на улицах…
Забава эта, как оказалось, не так уж невинна. В те дни попали в госпиталь 942 человека. Рост числа обратившихся в «скорую помощь» – 25 процентов. Статистика развязывала руки лондонским полицейским. На вполне законном основании, чтобы обезопасить жизнь сограждан, они могли бы преследовать всякого, кто приобретает и берёт в руки ракетницу… Вместо этого, вполне логичного шага в Лондоне решили тогда попробовать выбить клин клином: за две недели до праздника в центре устроили грандиозный фейерверк с демонстрацией мер предосторожностей. На следующий день во всех подробностях об этом фейерверке сообщали газеты.
Или вот ещё пример терпимости, граничащей со скепсисом. Отцы города Лондона могли бы перестрелять или потравить к чёртовой матери стаи голубей на Трафальгарской площади, облюбовавших 170-футовую колонну адмирала Нельсона. Вместо этого ежегодно городская казна выделяет 150 тысяч фунтов стерлингов, необходимых для того, чтобы очистить статую адмирала от голубиного помёта. Когда же этому памятному сооружению исполнилось 150 лет, высотник Рэдж Досел забрался на колонну, почистил фигуру адмирала и покрыл её специальным составом, который отпугивает птиц запахом.
