Одним из таких англичан был Майкл Виннер. Имя это связано с Британской кинопромышленностью. Гости Лондона, конечно, с восторгом приняли не только 30 фильмов, которые Майкл поставил за 30 лет, но и выставленную на обозрение публики его холостяцкую жизнь в центре Лондона в 46-комнатном доме. В одной из солидных английских газет я увидел фотографию 57-летнего Майкла, сидящего на софе с толстой сигарой во рту. Рядом с ним подушечка, на которой тщательно вышит ответ на все возможные вопросы: «А пошли они все к е… матери!» Впрочем, это единственная неприличная вещь в доме. Всё остальное здесь выдержано в наилучшем вкусе и высоком стиле – классическая мебель, около 700 хорошо подобранных английских и голландских живописных работ. Да и сам дом на Холланд-парк, в котором жил Майкл, является шедевром викторианской архитектуры, построенным в своё время архитектором Норманом Шоу для прославленного художника сэра Льюка Филдса…
Виннер рассказывал, что может не выходить из дому по 10 дней. Бродя по комнатам, он подолгу останавливается – ему звонят по одному из 86 телефонов, расставленных в разных углах. Жизнь здесь началась для Майкла ещё в далёком детстве. Тогда его семья располагала всего одной квартирой на первом этаже. Постепенно Виннеры скупили весь особняк. К нему Майкл пристроил кинотеатр, бассейн, сауну, тренировочный зал, гараж… Всю эту роскошь, тем не менее, Майкл называл одним словом: «Безумие!» Что он имел в виду тогда, сказать трудно (знаменитый кинорежиссер и продюсер умер в 2013-м. –
Почему Майкл решил напомнить о себе соотечественникам таким образом? У него возникла идея организовать ретроспективный показ его 30 фильмов, о которых отзывались не очень высоко. И, может быть, это был способ привлечь к себе внимание? Ну что ж, ретроспектива – это то, на что решиться нелегко даже у себя на родине, где резонно рассчитывать на понимание.
Тем примечательнее оказалась тогда же ретроспектива, правда, мини, на которую показала американка Маус Катс. В одной из галерей лондонского пригорода, в графстве Кент, открылась выставка её работ под названием «От разрушенных мифов к созданию новых». Здесь были представлены скульптура, живопись, графика Маус за минувшие десять лет. Большая часть её работ связана с мифологией, вернее, с её интерпретацией. Маус попробовала посмотреть на мифы с точки зрения современника и порой даже переиначить их. Оригинальность, самобытность такого подхода сами по себе примечательны. И всё же, что стоит за интересом к мифам? Попытка уйти от действительности? На мой вполне стандартный вопрос Маус ответила, что выставка – это реальность, хотя и мифическая. К тому же исключительно её реальность, выражающая её и только её взгляд на действительность. Ведь реальность на самом деле у всякого художника своя, и не только у художника: у банкира – своя, у рабочего – своя…
На этой выставке мы говорили о влияниях, которые испытала в разное время американская художница. Их было много. Немецкие экспрессионисты, латиноамериканская, индейская, египетская культуры. Эгон Шелли, Матисс, Ван-Гог… Весь этот пёстрый ряд показывает, как важно художнику иметь возможность знакомиться со всеми школами. Для этого надо жить и работать там, где хочется, путешествовать, видеть, выбирать. В 1990-е годы это происходило наконец и с российскими художниками. В лондонских галереях их работы выставлялись всё чаще. Помню, весьма успешной была выставка Кати Михайловской, в то время она жила в Петербурге, а работала чаще здесь, в Лондоне. Мир её картин – любовь… «Я пишу только про любовь и больше ни про что, – простодушно говорила она. – Потому что больше меня ничто не интересует в живописи». Тема эта в то время находила поклонников: работы Кати раскупались в галерее довольно быстро. И не только лондонцами, но и туристами, гулявшими в Челси.
В одной из галерей, кстати, висели работы ещё одной российской художницы, моей бывшей жены Марины Карпенко. Она выставилась впервые в жизни в Париже. Потом последовали вернисажи в разных городах Англии. Ну, а последняя выставка прошла в Лондоне, где Марина живёт. В Англии она выставляла работы, написанные не только в Лондоне, а и ранее, в России. Одна из картин Марины была продана на аукционе в известнейшем торговом доме «Сотбис».
