В гараже было три выезда, закрытые гаражными рольставнями. В гараже стоял старый форд фокус первого упокоенного. Кроме него было два небольших трактора со щетками и отвалами, вдоль дальней стены стояли и лежали всякие агрегаты и навесное оборудование. Около дальних ворот стоял маленький погрузчик Бобкэт. Знакомая штука. Мы год назад купили такую штуковину, чтобы мусор и снег убирать на площадке. Колобок, так мы нарекли наш погрузчик, стал всеобщим любимцем. Желающих покататься на нем было сверх всякой меры. Прикольно было погонять на маневренном и шустром малыше. Главный даже приказ издал, закрепив за ним тракториста и запретив остальным даже приближаться к дорогой игрушке. Кабина у колобка была усиленная, чтобы защитить водителя от падения чего‑либо из ковша, если случиться его задрать над кабиной. Дверь у колобка была спереди, а все окна затянуты крепкой решеткой. Кабина в нем была очень комфортная: просторная для одного человека, с удобным мягким креслом, кондиционером и аж тремя печками — обычной, работающей от системы охлаждения, электрической и дизельной вебаста. Вдоль стены напротив ворот стоял длиннющий верстак, на котором горой топорщился всякий железный хлам.
Обойдя весь гараж по периметру, я нашел пакетный выключатель и врубил свет. Гараж залил яркий неоновый свет. Я напрягся и поудобнее перехватил автомат. Прямо напротив меня была наполовину стеклянная дверь. В сумрачном отраженном, свете стекло было черным, и дверь казалась цельной. Спиной ко мне стоял мертвяк в когда‑то белом халате. У него с головы был содран скальп. Сквозь буро–коричневую корку проглядывал желтоватый череп. Мертвяк не шевелился. Я посмотрел дальше в коридор через его плече. Коридор был короткий и заканчивался коричневой дверью с черной окантовкой. Мертвяк был один, но с обеих сторон коридора были по одной двери. Оставить мразь в покое или забить? Бить иль не бить — вот в чем вопрос. Если в помещениях кто‑то есть, то могу попасть, как кур в ощип.
Я решил. Двум смертям не бывать, а одной не миновать. Я потянул на себя ручку двери. Дверь открывал медленно, боясь разбудить зомбака. Когда дверь была открыта наполовину, он дернулся всем телом. Руки сработали быстрее, чем я успел сообразить. Распахнув дверь, я погрузил колообразный конец кувалды в череп мертвяка. Дверь сразу захлопнул, прислушиваясь. Правая приоткрытая дверь качнулась и начала распахиваться рывками. Тупой зомбак показал голову из темноты проема. Не дожидаясь когда он сориентируется и попрет на меня, сделав три размашистых шага по коридору, я пробил ему лоб кувалдой. Зомбак опрокинулся назад и привалил собой дверь, ведущую из коридора. Я заглянул сначала в одну комнату — это оказалась душевая с туалетом и умывальниками. Напротив была комната отдыха. За столом на стуле в правильной человеческой позе сидел зомби. Я понял, почему он не вышел. Он был привязан за ноги и попрек туловища к стулу. Обе руки были привязаны к подлокотникам. Похоже, что человек перед смертью привязал сам себя. Спасибо тебе неизвестный мученик. Я подошел к привязанному зомби и тюкнул его кувалдой в висок.
Выйдя в коридор, я заглянул в дверь, ведущую из коридора в недра комплекса. Там было полно зомбаков. Дверь была открыта и принципиально не запиралась. Ни щеколд, ни замков я не нашел. Единственным препятствием для открывания двери был привалившийся к ней зомбак.
Я вернулся в гараж и перетаскал все трупы в коридор. Навалив гору трупов перед дверью, я вернулся в гараж и устало опустился металлическую урну возле двери. От трупной вони и химического ацетонного запаха мутило. Я ел только рано утром. В противном случае меня бы вырвало.
Я снял шлем, и на меня пахнуло свежим холодным воздухом из решетки вентиляции. От моей одежды смердело просто нереально. Я, путаясь в одежде, стащил ее с себя и забросил в коридор. Туда же полетел вонючий шлем, раскисшие от воды перчатки и ботинки. Сразу стало нестерпимо холодно, но повторно одеть на себя воняющую куртку и штаны было выше моих сил.
Я пошел по гаражу в поисках одежды. На спинке кривого стула висела рабочая куртка без подклада, на сиденье лежал фирменная стеганая безрукавка сотрудников торгового комплекса. Я натянул жилетку и одел сверху куртку. На голову я напялил вязаную шапку пидорку, уляпаную масляными пятнами. От нее воняла отработанным моторным маслом и солидолом. На мерзнущие руки я натянул белые рабочие вязаные перчатки. Благо, их на верстаке валялась куча. В помещении практически не пахло мертвечиной и ацетоном. Грохот очередного взрыва снаружи заставил собраться. Я оставил в куртке рожки для автомата. Пришлось идти обратно в вонючий коридор.
