В связи с этим очевидно, почему Боаса едва ли можно считать специалистом в области изучения рас в привычном понимании этого слова. Одним из подтверждений служит то, что в своих лекциях и статьях он гораздо чаще использовал словосочетание «физический тип», нежели термин «раса». Боас разработал свой фундаментальный подход относительно рано. В одной из статей (1899–2) он отмечает: «Проблема физической антропологии заключается в <…> определении и объяснении происхождения в мире различных типов человека». Однако важно отметить, если мы хотим выдержать правильную перспективу относительно подхода Боаса, что в той же работе он отстаивал «возможность классификации человечества в соответствии с анатомическими характеристиками» и «целесообразность описания типов с помощью измерений».
Сформулированная таким образом критика проблемы физического типа человека была оформлена Боасом в виде набора идей, которые он повторял снова и снова в различных вариантах. Информация по доисторическому периоду, которой мы располагаем, пока не позволяет точно проследить ход расовой дифференциации, но есть все основания полагать, что основные типы человека представляют собой генетические линии, которые достаточно стабильны, чтобы заключить, что характеризующие их черты были заложены в далеком прошлом. Эти типы («расы»), однако, являются слишком общими, чтобы помочь при анализе того, как происходила дифференциация. Они настолько широки, что первостепенное значение должно иметь наложение локальных вариаций физической формы, обнаруживаемое в каждой из этих огромных групп, нежели само расовое деление.
Следовательно, чтобы понять эти более тонкие различия, необходимо провести сравнение между популяциями в том виде, в котором они существуют в настоящее время. На основе одних только средних отличий сделать этого нельзя, так как необходимо учитывать всю совокупность распределений, причем вариации относительно средних значений должны рассматриваться так же, как и сами средние значения. Подобные сравнения показывают, что лишь немногие человеческие группы при сопоставлении друг с другом не имеют между собой пересечения. Это означает, что в пределах каждой популяции есть индивиды, которые по степени проявления искомого признака неотличимы от представителей других групп. Отсюда следует, что степень изменчивости внутри любой из основных рас человека выше, чем уровень различий между средними расовыми показателями, и что, как результат, акцент на «расовых» различиях слишком часто скрывает от нашего внимания основополагающее единство физической формы человека.
Для дифференциации типа потребовалось несколько процессов. Один из них – изоляция, которая вместе с последующим кровосмешением способствовала развитию локальных, специализированных форм. Вторым был контакт – постоянное смешение различных типов путем скрещивания. Явление, чью универсальность и важность Боас никогда не упускал возможности подчеркнуть. Однако в этой связи его восхищала прежде всего гипотеза, согласно которой человек представляет собой одомашненное животное, отличающееся нестабильностью типа и изменчивостью формы, присущими всем одомашненным видам.
Впервые она была высказана в статье, опубликованной Боасом в 1894 году, но в дальнейшем была доработана в первом издании книги «Разум первобытного человека», где Боас утверждает: «Данная точка зрения – то есть та, согласно которой человеческую расу в ее цивилизованных формах следует сравнивать не с формами диких, а скорее одомашненных животных, – представляется мне весьма важной…». Тот факт, что фраза «в ее цивилизованных формах» не требует особого выделения, становится ясным, когда далее в том же предложении мы читаем: «…подробное изучение условий, в которых пребывают различные расы, позволяет предположить, что <…> изменения, сопутствующие одомашниванию, произошли даже среди самых примитивных типов людей практически во всем мире». Притом что первая часть оригинального высказывания осталась неизменной, это утверждение представляет этап в развитии мысли Боаса и отражает любопытную перемену в его позиции по сравнению с 1894 годом.
Боас впервые обратил внимание на важность феномена одомашнивания благодаря трудам Ранке и Хана, а позднее он с большим интересом следил за работой Ойгена Фишера и Клатта в данном направлении. Поразительно, что проблема, касающаяся низших форм, так мало занимала американских биологов. Следует также отметить, что большинство физических антропологов в Америке полностью игнорировали ее значение в своих исследованиях происхождения расы и дифференциации расовых типов.
