— Вероятно, есть причина, по которой они оставили нас в живых… — Арлет пригладила влажные, растрепанные волосы, — И нити мои остались на месте. Что думаешь, Эдвиан?
— Как и вы, я в полном замешательстве, — отозвался Эдвиан потусторонним голосом; так всегда происходило, когда он оказывался новом месте, которое можно было изучить, — Какое необычное помещение…
Помещение и правда было причудливым. Как оказалось, неоновое сияние исходило прямо от стен. Их поверхность была зернистой, но в то же время зеркальной, и отражения в этом зеркале походили на темные, искаженные тени, которые постоянно двигались.
— Помните, Странник рассказывал, что здешние творцы строят из сухой воды … — Эдвиан подполз ближе к стене, и принялся с интересом ее ощупывать, — Кажется, эти перламутровые кристаллы, из которых сделаны стены — и есть та самая сухая вода. Хм… думаю, я не ошибусь, сказав, что мы очутились в стенах Обители Воды.
Арлет присмотрелась — и правда, поверхность была выложена несметным количеством кристалликов, напоминавших сияющий сахар.
— А еще в стенах этих нет ни одной двери, — протянула Нео, — Ни даже стихийных знаков, что могли бы указывать на выход.
— А это что такое? — вдруг отозвалась Арлет, заметив некий предмет в дальнем конце шаровидного помещения.
Казалось, что в том месте неоновое свечение было значительно ярче.
Так и не дождавшись ответа, Арлет осторожно поползла в его сторону (подняться на ноги у нее все еще не было сил), и когда подобралась достаточно близко, то смогла разглядеть небольшой столик на тоненькой, витиеватой ножке.
— Что там? — за спиной послышался голос Нео.
— Ползите сюда, и сами посмотрите, — бросила через плечо Арлет.
Послышалась возня, сопровождаемая болезненными стонами, и вскоре все трое, стоя на коленях, толпились у того самого необычного столика. Несомненно, он был сделан из того же материала, что и стены — то есть из сухой воды — а на его поверхности оказался еще один, не менее необычный предмет.
— Это что, свеча? — прищурился Эдвиан.
Да, это действительно была свеча, вот только росла она прямо из поверхности столика, а на кончике ее, вместо привычного огня, колыхалась большая капля воды. Именно из этой капли и лилось то яркое, фосфорическое сияние, которое привлекло внимание Арлет.
— Разве свечи могут быть водяными? — хмыкнула Нео.
— Видимо, могут, — медленно проговорила Арлет.
Она все смотрела на трепещущую в воздухе каплю, не в силах от нее оторваться. Было в ней нечто завораживающее, нечто манящее. А затем произошло то, чего Арлет вовсе не собиралась делать — ее рука машинально потянулась к свече, и пальцы осторожно коснулись холодного сияния. В тот же миг по помещению эхом пронесся чей-то бархатистый голос:
— Я согласна, но мы не можем… — Арлет в спешке отдернула руку от свечи, и призрачный голос замолчал, оставляя после себя лишь слабые отголоски в самых дальних углах комнаты.
— Что это было? — пробормотала Нео, тревожно покусывая нижнюю губу.
— Голос шел прямо из свечи, — Арлет перешла на шепот, будто боясь, что этот самый голос услышит ее, и сразу же обретет форму.
— Кажется… кажется, мы слышали чей-то разговор, — еле слышно отозвался Эдвиан, — Помните, что говорил Странник о творцах воды? О том, что их стихия это проводник звука?
В помещении все так же стояла тишина.
— Тогда нужно этот разговор дослушать, — Арлет вновь потянула пальцы к свече, не обращая внимания, как при этом мрачнеет лицо Эдвиана.
И вновь со свечи полился бесплотный женский голос, явно встревоженный:
— …правильно ли мы поступили, оставив их в живых? Что, если мы совершили ошибку?
— Ситуация сложилась весьма противоречивая, я согласна, — прошелестел другой женский голос, немного грубее предыдущего, — И все же мы, творцы водной стихии, всегда полагались на то, что есть нашей природой — на сострадание и милосердие. Наша природа никогда не обманывали нас, Тэгмин, и если она подсказала не уничтожать их, тогда мы вынуждены к ней прислушаться…
Тэгмин…Тэгмин…это имя было Арлет знакомо. Но откуда…? Точно! Тэгмин — это творец-рак, которая присутствовала на Единении!
— Это верховные творцы, — проговорила Арлет одними губами.
Нео и Эдвиан кивнули — наверняка и сами догадались, что голоса принадлежат предводителям стихии воды.
— И они говорят о нас, — прошептал Эдвиан.
Тэгмин заговорила вновь. Друзья тут же затихли, и стали слушать дальше.
— Но возможно ли, что стихия воды должна стать жестче? — послышалось из свечи, — Времена меняются, признай это. Исчезновения творцов изменили нас, изменили все четыре стихии. Надвигаются темные времена, Антарес. Мы стоим на пороге самой настоящей войны. Ты ведь слышала, что эти загранные связаны с исчезновением четверых стражей на межстихийных границах. Их причастие было доказано. На месте происшествия нашли кольцо… кольцо из загранного метала. Что, если они и правда опасны, а мы держим их в нашей Обители?
Друзья беззвучно ахнули, а затем одновременно опустили взгляды на руки Эдвиана — большого золотого кольца на нем больше не было.
— А я все гадал, когда же я успел его посеять… — промямлил тот.
