Ну, больше гадать было незачем. Теперь стало ясно, что кольцо соскользнуло с пальца Эдвиана в самом неподходящем месте — на месте преступления.
— Мы не знаем этого наверняка… — послышался голос второй собеседницы, принадлежавший, судя по всему, Антарес — творцу-скорпиону, — Сведения творцов огня и воздуха неоднозначны, они обвиняют друг друга…
— А как загранные оказались на нашей границе? — продолжала Тэгмин, — Все мое естество противоречит убийству, и все же, во мне пробуждаются и иные чувства. Еще тогда, на Единении, когда я впервые увидела загранную, что-то внутри меня вспыхнуло. Страх, Антарес, это был страх… Страх за нашу стихию. Та, что сидела внутри клетки, носила в себе тьму.
— Тьму? — на этот раз Антарес забеспокоилась, — Почему ты не говорила об этом раньше?
— Я и сама не сразу поняла, что чувствую, — призналась Тэгмин, — Ты ведь знаешь, каким неоднозначным бывает течение воды в моих мыслях. Но с каждым днем это течение становится все ощутимей, и теперь, когда они так близко, я ясно понимаю, что загранные опасны. Я чую, как за ними тянется сама смерть.
— Возможно, ты права, Тэгмин, — к творцам вдруг присоединился еще один голос — мужской, но такой же тягучий, и такой же бархатистый.
“Это Окда, верховный творец-русал”, подумала Арлет. И она не ошиблась.
— Окда? — прозвучал удивленный голос Антарес, — Мы не ждали тебя так рано. Допрос стражей уже окончен?
По ту сторону свечи, где бы эта сторона не находилась, послышался шум воды, будто там пронеслась стремительная, но мягкая волна.
— Мои стражи были взволнованы, но весьма разговорчивы, — вздохнул Окда, когда шум, наконец, утих, — И боюсь то, что они рассказали, не сулит нам ничего, кроме еще большего беспокойства.
— И что же они рассказали? — эхом отозвалась Тэгмин.
— Стражи услышали загранных, когда те находились еще на поверхности, — голос Окды звучал устало, — Они, видимо, собирались незаметно проникнуть во владения Водных Просторов.
— Видимо? — тут же отозвалась Антарес, — Так это всего лишь догадки?
— Стражи попытались захватить загранных, — продолжил Окда, — только лишь для допроса, — с нажимом добавил он, — но те стали сопротивляться.
— Сопротивляться…? — прошелестела Антарес, — Но как они могли сопротивляться? Они всего лишь загранные…
— Это и есть самое важное, и в тоже время самое пугающее в рассказах стражей, — ответил ей Окда, — Наши гости защищались с помощью стихии.
— Стихии? — Анатрес и Тэгмин воскликнули одновременно, и на фоне их голосов вновь послышался шум разливающейся воды.
— Да, стихии, — печально подтвердил Окда, — Они держались над водой с помощью воздуха, а затем воздухом же попытались отразить захват.
— Но это невозможно… — недоумевала Антарес, — Стражи все видели собственными глазами?
— Так они утверждают…
— Но загранные не могут управлять стихией, это противоречит законам вселенной. Разве что…
— Разве что их послали творцы воздуха, ты это хочешь сказать? — каким-то неестественно холодным тоном отозвалась Тэгмин, — И именно ОНИ наделили загранных силой, не так ли?
По ту сторону свечи наступило напряженное молчание, и даже у водяного столика, где прислушивалась троица, будто засквозило холодом.
— Есть еще кое-что, — вновь заговорил Окда, когда тишина стала затягиваться.
Из свечи донесся какой-то шорох, будто там, где стояли творцы, что-то проскользнуло.
— Вот… — Окда выдержал краткую паузу, видимо, указывая на что-то, скрытое от глаз Арлет, Нео и Эдвиана, — было доставлено вместе с загранными.
— Они ведь принадлежат воздушной стихии, не так ли?… — в голосе Антарес послышались нотки печали.
— Да, — как-то совсем тихо ответил Окда, — они были надеты на загранных, когда стражи схватили их.
Арлет смотрела, как Эдвиан безмолвно роняет лицо в ладони, и обреченно качает головой. Еще бы ему этого не делать, ведь все они влипли. Причем влипли по самое не хочу. Чертовы накидки! Конечно, они оказались у стражей вместе с пленниками. Да, в Поднебесье эти накидки скрыли их от глаз воздушных творцов, зато в Водных Просторах оказались главной уликой в злодеянии, которого они даже не совершали! И сейчас в роли судьи выступал вовсе не Странник, который каким-то невероятным образом поверил в их невиновность, а творцы воды, которые лишь того и ждали, чтобы утвердится в этих своих чувствах о том, что в Арлет таится неведомая опасность.
— Мы ошиблись, — отозвалась, наконец, Тэгмин, — Мы должны были сделать это сразу же, как захватили загаранных. Ради нашей же безопасности. Ради безопасности нашей стихии. Им не место в Аграале, вы и сами это знаете. Они несут лишь разрушение. Другие стихии не стали бы раздумывать, случись подобное вторжение в их стихийные владения. И мы тоже не можем закрывать на это глаза. Мы заберем жизни загранных, — добавила она, — Опасно и дальше оставлять их в живых, особенно после того, что рассказали стражи. И лишь когда они будут мертвы, мы созовем Единение, дабы выслушать творцов воздуха.
Вновь наступила тишина. Арлет чувствовала, как нервы натягиваются до самого предела. Судя по мертвенно бледным лицам, с Нео и Эдвианом происходило то же самое.
