— Ты права, Тэгмин, — послышался, наконец, голос Окды, — Стражи оставили загранных в живых до выяснения обстоятельств, и вот, все доказательства здесь, перед нами. С каждым днем исчезновений становится все больше, и стихия воды становится все уязвимей. Мы не имеем права подвергать ее еще большей опасности.
— Я сама лишу загранных жизни, — добавила Тэгмин мягко, но решительно, не обращая внимания на то, что Антарес так и не высказалась, — Я чувствую мрак, который живет внутри них, и я сумею его одолеть. Я сделаю это на рассвете.
Никто из собеседников не стал ей возражать. Вскоре послышались не то шаги, не то течение воды — творцы покидали место по ту сторону свечи. Решение было принято.
Арлет, будто во сне, оторвала пальцы от свечи, чувствуя, как по телу пробегает дрожь.
Она, Нео и Эдвиан еще несколько минут смотрели друг на друга, не в силах проронить ни слова. Когда молчание стало невыносимым, заговорила Нео:
— Значит, на рассвете… — в ее глазах, всегда полных решительности, сейчас читался страх.
— Еще бы знать, когда этот рассвет наступит, — голос Эдвиана подрагивал, хоть он и пытался не выказывать переживаний, — Неба-то не видно…
— Мы не должны сдаваться, — голос Арлет прозвучал неожиданно твердо, даже для нее самой, — Не затем мы остались в живых, чтобы несколькими часами позже нас отправили на тот свет.
— И что же ты предлагаешь, Арлет? — спросил Эдвиан, — Твоих сил не хватит, чтобы их остановить, ты ведь и сама уже в этом убедилась.
— А я и не собираюсь применять силу, — ответила Арлет, — Пришло время все рассказать.
— Рассказать о чем? — спросила Нео.
— Обо всем, — Арлет решительно сжала кулаки, — Обо всем с самого начала. О ключе, о Хранителях, и о моих способностях. Я даже покажу им нити, если понадобится! Да творцы только и делали, что преследовали нас — а нам ни разу не дали возможности высказаться.
— Может потому, что вместо высказываний мы предпочли просто удирать? — кисло отозвалась Нео, — Как самые настоящие преступники.
— Сомневаюсь, что они нам поверят Арлет, — Эдвиан тоже не разделял ее энтузиазма, — Нео права. Сначала мы сбежали из Обители Огня, затем оставили улику на месте преступления, и в конечном итоге были пойманы с поличным прямо на границе.
— И все же нам стоит попытаться, — Арлет стояла на своем, хотя пессимизм Эдвиана поубавил в ней уверенности, — Антарес явно колебалась. Она не была уверена в решении убивать нас, возможно, нам удастся ее убедить.
— Если ты так считаешь… — вздохнул Эдвиан.
Веских аргументов у Арлет больше не нашлось.
Друзья, у которых известие о скорой казни лишь поубавило сил, разлеглись прямо на полу, и уставились в круглый, зеркальный потолок. На его темной поверхности все еще отражались их темные, безликие тени. Интересно, почему эти тени движутся? Наверное, потому что вода, из которой сделан потолок, переливается — подсказывала логика. Но Арлет все никак не могла отделаться от ощущения, что отражение, которое она видит, вовсе не ее отражение.
Она все думала о словах Тэгмин — о том, что она почувствовала, когда впервые увидела Арлет на Единении: “Та, что сидела внутри клетки, была пропитана тьмой.” Пропитана тьмой… А что, если внутри нее и правда живет некая тьма? Что, если эта тьма и привела ее Аграаль? Что, если безглазая тварь — та самая, которая убила ради нее — и есть воплощение этой самой тьмы?
Арлет вдруг представила себе некую темную, безликую сущность, проникающую в ее тело, и крадущую ее разум. А может, когда она впервые оказалась в Аграале, ею управляла эта самая сущность? И именно поэтому она ничего не помнит?
— А вам не кажется странным, что несмотря на нашу непричастность к этим исчезновениям, нас то и дело с ними связывают? — вдруг отозвалась Нео, прерывая тем самым поток ее мыслей, — Сперва этот ключ, затем кольцо, которое Эдвиан теряет на месте убийства, затем нас ловят на границе в накидках стражей… Это словно одно большущее невезение. Словно по нашим стопам и правда идет… смерть.
— Может, на нас порчу навели? — нервно хохотнул Эдвиан.
Шутить, да еще и порчу — кажется, младший Гримм был на гране нервного срыва.
— Зато теперь мы можем исключить еще две стихии, — добавил он, уже серьезней, — Судя по тому, что воздушники пытались нас убить, а водники, даже несмотря на наше недавнее спасение, собираются казнить, ни одни ни другие, видимо, не причастны к нашему появлению в Аграале.
— Значит, все-таки стихия земли? — подытожила Нео.
— Все как-то слишком просто, не считаете? — несмотря на неопровержимые факты, Арлет почему-то сомневалась.
Слова Странника о том, что тот, кто убивает и похищает творцов, действуя из-за кулис, никак не давали ей покоя. Безглазая тварь, скрывающая свое существование, и открытое объявление войны и правда как-то друг с другом не вязались. Неужели творцы земли нарочно убили своего верховного правителя, дабы обвинить в этом стихию огня? Или он все еще жив, а они просто его прячут?
— Может то, что кажется простым, иногда таковым и является? — пожимая плечами, отозвалась Нео.
