Это конец, подумала Арлет. Ящера ей никак не обойти, а значит, и к вратам никак не добраться. Тяжело дыша, она стояла напротив Хранителя, и с замершим сердцем ожидала расправы. Ее соперник, видимо, решил больше не атаковать с огнем, который мог вновь не достигнуть цели, и теперь грозно щелкал смертоносными клыками, готовясь разорвать свою жертву на части. Эти обнаженные клыки напоминали настоящие сабли, растущие прямо из черных десен — смотря на них, Арлет понимала, что в этом сражении ей никак не победить.
Но, как оказалось, умереть в пасти рептилии ей было не суждено, так как со стороны врат вдруг раздался чей-то сдавленный вопль:
— Арлет!
Хранитель даже вздрогнул от такой неожиданности. В поисках источника звука он резко развернулся, и едва не сбил Арлет с ног своим длинным хвостом. А за его спиной оказалась та, кого сама Арлет никак не ожидала увидеть. Голубоглазая незнакомка, с наполовину сползшим капюшоном, но зато решительным выражением лица, неслась прямо ей на встречу, а вслед за ней в зал один за другим врывались огненные творцы. Все они были в своих человеческих обличьях — видимо, преследовать кого-то в узких коридорах в таком виде было легче. Их оказалось не менее дюжины, и Арлет, несмотря на то, что ее жизнь еще секунду назад висела на волоске, с восхищением наблюдала, как в ладонях творцов пылает яркий огонь. Было неясно, служит он для них оружием, либо же просто освещением.
Творцы были настроены враждебно — они, видимо, решили, что загнали незнакомку в тупик. Но как только они увидели перед собой огненную рептилию, все, как один, замерли на своих местах, напрочь забыв о той, кого преследовали все это время. Арлет так и не поняла, в чем заключалась причина столь резкой смены их настроя, но все это выглядело, будто творцы видят Хранителя впервые. Они взирали на чудище со смесью страха и вожделения, не в силах даже пошевелиться.
Ящер негодующе заревел — остолбеневшие творцы толпились у его хвоста, ограничивая тем самым его личное пространство. Они, похоже, были настолько потрясены увиденным, что все никак не могли решить, как им действовать дальше.
Воспользовавшись минутной задержкой, голубоглазка подбежала к Арлет, и, схватив ее за руку прямо на ходу, потащила в сторону врат. А когда творцы, наконец, спохватились, и попытались продолжить погоню, обе беглягки были уже глубоко в недрах золотого лабиринта, не оставив позади себя ни единого следа, по которому их направление могло быть отслежено. Спустя несколько минут, благодаря неустанному продвижению вперед, и огней, вновь освещавших их путь, они поняли, что их больше не преследуют.
Убедившись, что угроза миновала, обе перешли на быстрый шаг. Отдуваясь и стараясь ступать как можно тише, Арлет всеми силами пыталась не повторть прошлой ошибки, которая едва не стояла ей свободы. Да и жизни, впрочем, тоже. Некоторое время, в сопровождении немых огней, путницы петляли по все тем же безликим коридорам, до тех пор, пока не уперлись в тупик. На стене был высечен уже знакомый символ треугольника.
Голубоглазка стала вновь рыться в карманах, а затем, как и в предыдущий раз, достала коробок, зажгла спичку, и приставила огонек к золотой поверхности. Стена стала плавиться, и вскоре в ней показался очередной проход. Незнакомка скользнула внутрь, и Арлет последовала за ней. За проходом оказалась узкая винтовая лестница, отлитая из того же червонного золота, что и все в этом необычном месте, которое творцы называли Обителью Огня. По этой лестнице беглянки и двинулись вверх, направляясь куда-то в неизвестность.
Подъем оказался не из легких. Лестница была не на шутку крутой, а пролет настолько тесным, что один человек едва мог в него протиснуться. Арлет все гадала, каким образом здесь передвигаются творцы, явно будучи крупнее обычного человека.
А лестница все продолжалась и продолжалась, и казалось, не собиралась заканчиваться, отбирая у путниц последние силы. Но самым мучительным было то, что двигаться приходилось почти на ощупь — огни, освещавшие коридоры, здесь почему-то отсутствовали. Арлет прикладывала максимум усилий, дабы не споткнуться об очередную, почти не различимую в полумраке ступень. И куда приведет меня судьба в этот раз? — думала она.
— Вот и мне интересно, — добавил Интро.
— Хотя, если честно, мне уже все равно, — мысленно отозвалась Арлет, — Лишь бы этот подьем поскорее закончился. Хватит с меня лестниц на сегодня.
— И с меня тоже, — согласился демоненок.
Вскоре лестница стала петлять, и казалось, стала еще круче. И вот когда по ощущениям, путницы взобрались на этаж так двадцатый, голубоглазка вруг остановилась. Они оказались у очередной стены с треугольником. И вновь была зажжена спичка, стена стала плавиться, и, наконец, в глаза Арлет ударил яркий, дневной свет.
