– Да это ж бред, БРЕД! – эмоционально кричит Игорь. – Как можно общаться с людьми, которых не видишь в жизни? Как ты можешь? Меня бесит вообще, что все читают про то, как ты живёшь, и селфи эти все ужасные! Вот он тарелку с едой сфоткал! Заче-е-ем?
– Ну… Я вот познакомилась с людьми в интернете, а потом в жизни встречаемся и общаемся. Что тут такого-то? Я там ещё это… музыку слушаю… – под его комментарии чувствую себя так, будто я не в социальных сетях сижу, а маленьких детей живьём поедаю. Селфи и у меня есть… и фотки с едой тоже…
– Надо на улицу идти и сразу живьём общаться! Живьём знакомиться! – кричит он, снова закуривая.
Игоря в социальных сетях, конечно, нет. Хочу дать ему ссылку на свою страничку, но он только руками машет: не дай бог ещё жена найдёт.
Рассказываю, как один водитель – тот самый, что вёз кота под громкую музыку – советовал подойти к гаишникам и попросить, чтобы они меня посадили на следующую машину, – мол, это безопаснее будет.
Игорь говорит, усмехнувшись:
– Ага, чтобы водитель тебя потом ненавидел всю дорогу? Он же на тебе выместит всю свою злобу по отношению к ним!
Киваю головой: ещё бы! Тем не менее, так и происходит.
Мы въезжаем в Омск, и Игорь выпускает меня около стоянки фур, сам же едет дальше. Через двадцать метров его тормозят гайцы, и едва я успеваю накинуть рюкзак на плечи, как он кричит мне, прямо из кабины:
– О-о-оль!
Подбегаю к ним быстрым шагом.
– Я с ребятами поговорил, они сейчас машину тормознут с регионом Новосиба, и тебя посадят!
Посмеиваюсь, но деваться некуда, так что соглашаюсь. Игорь уезжает, бибикнув мне напоследок. Приехали, называется… Это злоупотребление какое-то: автостопить с помощью полосатой палки… Ещё бы костюм зебры мне…
Ставлю рюкзак на пыльной Омской обочине – хочется уехать побыстрее.
Гайцы тормозят одну машину… вторую… Наконец один из них ловит какой-то хлипкий грузовичок с нужным регионом и подзывает меня:
– Поедете?
Соглашаюсь. Подхожу к кабине, открываю дверь и радостно заглядываю внутрь, – внутри сидит очень сердитый рыжий лохматый мужик и смотрит на меня, как на таракана.
– Подкинете, насколько не жалко? – бодро спрашиваю я, радужно улыбаясь изо всех своих сил.
Он кивает головой, но очень агрессивно: сердитость только усугубляется. Запихиваю рюкзак внутрь – обычно водитель помогает, подтаскивая за лямку, но не в этот раз. С третьего раза впихнув невпихуемое, забираюсь сама: в кабине навалена куча вещей, еле-еле втискиваюсь.
Мы отъезжаем, и, наконец, у водителя прорезается голос. Он орёт:
– Так, … (
Выслушиваю тираду до конца и отвечаю:
– Это была не моя идея, честно! Давайте мы с Вами сейчас отъедем немного, и я выйду, а Вы поедете дальше. Хорошо?
Так будет лучше для всех. Во попадалово – прям в десятку.
Мужик возмущённо пыхтит, дёргает машину за рычаг передач так, что она рычит и подпрыгивает в момент переключения.
– Ладно, – бурчит он.
Непонятно, что значит это «ладно»: то ли то, что он меня сейчас высадит, то ли то, что ладно, мол, поехали…
– Я вообще до Новосиба не еду, – всё ещё эмоционально, но уже спокойнее замечает он. – Только до Барабинска.
– Ну это же в ту сторону? – осторожно спрашиваю я. – Если что я могу и раньше выйти. Поймаю кого-нибудь другого…
Лишь бы из города выехать, так-то…
Секс – это, конечно, хорошо… когда он по взаимному согласию (Игорь, дальнобойщик).
…В пути водитель полностью успокаивается – едем в абсолютном молчании. Грузовик старый. Трясёт. Не то, что в иномарочной фуре, где сидения мягко подпрыгивают и оседают, сглаживая неровности на дороге.
Вечереет. Я понимаю, что мне надо выйти до наступления темноты, чтобы успеть раскинуть палатку и приготовить поесть: благоприятные для этого места – лесисто-луговые – перемежаются с какими-то обширными болотистыми участками.
– Ну? Проси уже, чтоб остановил, – пихает меня Джая изнутри.
– Простите, пожалуйста, – начинаю я, послушавшись Его. – Остановите мне где-нибудь здесь, хорошо? – что значит: прямо на голой трассе.
– Вот прям здесь? – водитель крайне удивлён.
– Ну да, здесь, – я не объясняю ему, что моя просьба вызвана пожеланием Джая.
– Давайте я Вас хотя бы до стоянки фур подброшу, – предлагает он, перейдя на «Вы».
Джая молчит, идея кажется мне неплохой, и я соглашаюсь.
И совершенно напрасно.
Водитель подвозит меня к стоянке и на прощание даёт бутылку с родниковой водой: здесь неподалёку есть родник, где её и разливают. Это становится для меня откровением – тот, кто кричал громче всех других вдруг дарит самое ценное, что только бывает – питьевую воду.
На площадке, чуть поодаль, стоят фуры; рядом находится туалет, на другой стороне – столовая. Останавливаюсь в нерешительности. Уже значительно свечерело, низкие облака на небе добавляют сумрачности, а Новосиб ещё далеко.
