– Ты должен узнать, где девочка, она важнее всего. – Словно не слыша архиеретика сказала женщина.
– Девочка где–то в Бирменгеме, но где конкретно мне не известно, но скоро станет известно, – поспешил Стефан.
– Хорошо, – сказала женщина, – полагаться на смертных – это не в моих правилах. Я сама избавлюсь от охотника на ведьм, а затем отправлюсь в Бирмингем. Тебе необходимо лишь избавиться от капитана Отто, смертные слишком часто подводят нас, а этот не по зубам тебе. Я сама с ним справлюсь. Избавься от Отто и прочих, от всех, кто сможет нам помешать. Ты должен захватить власть в этом городе. Ты один. Ты станешь графом – правителем этого города. Это будет твой первый шаг на пути к Престолу Епископа Рима.
– Но меня могут обвинить в узурпации, Церковь может не понять захвата власти. – Возразил монсеньер Стефан, но идея наконец– то получить реальную власть сводила его с ума, напрочь отключая разум и критическое мышление.
– Этот прецедент в Священной Римской империи имеет место быть, – сказала женщина, – когда епископы правят городами. Избавься от всех, от Вольфганга, от этой олигархии, от Отто. Ты должен избавиться от них ото всех разом, а девочку из пророчества и ведьмоборца я возьму на себя. Им помогают предатели, но это не важно, ибо их час расплаты близок. Как и час нашего торжества.
С этими словами женщина просто растворилась в воздухе, не успел прелат и глазом моргнуть. Тот объём работы, который неожиданно свалился на плечи прелата, мог раздавить любого, но только не человека железной воли и неимоверно острого разума, который нисколько не притупился несмотря на уже очень преклонный по физическим меркам возраст. Цель, к которой архиепископ шёл всю свою сознательную жизнь, была перед ним также близко. По иронии судьбы, так же близко, как морковка, висящая перед носом у осла. Правда, считая себя умнейшим из умнейших человек, склонен не видеть этого, добровольно зашоривая свои глаза, причём не только физические, но и око разума. Князь Церкви, слишком долго к этому шёл и не мог оступиться, хотя и чувствовал, что идёт по краю чёрной бездны, где над на самом тёмном дне сидит его собственная погибель. Теперь нужно было экстренно переделать, перепланировать всё, что он так тщательно и сложно подготавливал. Впрочем, его покровители, совершенно не интересовались нуждами одного смертного. Оставшись в одиночестве, он долго стоял посреди комнаты глядя в пустое кресло. Такое– же пустое, как и его мысли сейчас. Наконец он собрался с мыслями и твёрдо произнёс.
– Кажется, ужин все–таки придётся пропустить.
Пышная процессия приблизилась к воротам славного города Мариенгофа. На белом коне, словно легендарный Помпей*, восседал пропретор Анклава, капитан Отто, облачённый в роскошные доспехи, с пистолем на поясе и с изукрашенным золотом рукоятью палашом. На голове его был помпезный шлем с красивым султаном из белых страусиных перьев. Следом за капитаном шагали в четыре ряда сто пикинёров в железных кирасах и шлемах, вооружённые копьями.
Дальше со знаменами Ордена и Церкви двигались младшие послушники Ордена. В чёрных одеждах, звеня цепями, шли иллюсидаторы. Ну и замыкала процессию несколько кавалькада из нескольких пушек. Это всё, не считая трех десятков беснующихся фанатиков в драной одежде, распевающих гимны и псалмы. Вероятнее всего, капитан Отто ожидал, что его встретят закрытые ворота и гвардейцы на стенах с ружьями и топорами. Но, к его удивлению, ворота были распахнуты, и перед ним появился высокий мужчина с седоватыми волосами, в чёрной кирасе капитана гвардии, в шлеме с плюмажем, в коротком плаще, опоясанный саблей. С ним были два десятка рядовых гвардейцев с пиками и ружьями
– Меня зовут Александр фон Романофф, я капитан гвардии Мариенгофа, – заявил он, поклонившись. – волею обер–бургомистра Мариенгофа, я назначен капитаном городской гвардии.
– Насколько мне известно, капитаном гвардии был другой человек, – совершенно ровным тоном спросил Отто.
– Да, вы абсолютно правы, мессир, но капитан Эрик больше не может исполнять свои обязанности. Он признан недостойным своего высокого поста. Управляющая триархия ждет вас.
– И кто же они, управляющие триархии? – усмехаясь, спросил капитан Отто.
– Я, мессир, его преосвященство, архиепископ Стефан и обер–бургомистр Вольфганг Ван Хутер. Они ждут вас в дворце обер– бургомистра.
– Почему не в городской ратуше? – спросил Отто.
– Милорд обер–бургомистр болен, он не может передвигаться. Он любезно предоставил свою резиденцию для встречи.
– Хорошо, – сказал Отто. Дав отмашку, он двинулся следом за капитаном гвардии. Как только вальяжная процессия вошла в город, ловушка захлопнулась, едва последний из людей Отто прошёл через ворота.
***
Накануне ночью
