Она спотыкается о выступающий корень дерева, из-за чего злобно прикусывает губу, чтобы от души не выругаться. Успешно преодолев препятствие, Харуно выходит на поляну в центре леса, нервно оглядываясь вокруг. — О, ками, прости, — выдыхает девушка, поспешно опускаясь на колени, хватая свою сумку с лесной подстилки. — Но нам нужно уходить. Сейчас же.
Итачи расслабленно прислонился к массивному валуну напротив костра, но с невероятной для напарницы скоростью встает, чтобы отследить движение. К большому разочарованию Сакуры, несмотря на напряженную позу, он не выглядит растерянным. Активировав шаринган, Учиха, не мигая, смотрит в направлении новообретенных преследователей напарницы.
На этот раз ирьенин не утруждает себя попытками удержаться от потока самых злобных ругательств, пересекая поляну так быстро, как только может. Обычно Харуно никогда бы даже не подумала о том, чтобы рассматривать возможный план побега, но слепая, отчаянная паника способна творить странные вещи с психикой. В следующую секунду ее хватка фиксируется на запястье Итачи, она буквально тащит нукенина прочь с поляны. Застигнутому врасплох от внезапного контакта мужчине требуется доля секунды, чтобы отреагировать. К тому времени они находятся довольно далеко от поляны (и, соответственно, на приличном расстоянии от отряда Корня, преследующего напарницу). Учиха бросает на куноичи жесткий взгляд.
— Ты… — начинает он опасно вкрадчивым тоном, но Сакура прерывает его, в отчаянии размахивая руками.
— Это не мой шампунь! Или мыло, или блеск для губ! То, что ты ненавидишь мой запах, не значит, что у тебя есть право винить меня в появлении Корня!
— Говори тише, — предупреждает шиноби, легко уклоняясь от свисающей лианы и уводя их в глубь леса, чтобы проложить ложный след для преследователей. — И мне не обязательно не нравится твой запах. Я лишь против того, что его можно учуять за милю.
Сакура бросает на него неприязненный взгляд, пробираясь сквозь сложную сеть стволов деревьев, которые загораживают проторенную тропу. Все мысли сводятся к местоположению Корня. Судя по легким звукам и слабому следу их сигнатур чакры, отряд идет по ложному следу, но девушка совершенно уверена, что это продлится недолго.
— Мы должны разобраться с ними сейчас, — замечает Учиха.
Перенапряженному разуму требуется мгновение, чтобы понять смысл сказанного. Сакура слегка бледнеет и спотыкается, после чего падает вперед, цепляясь за кору дерева. — Нет! — Огрызается ирьенин, ошеломленная самой идеей. — Я имею в виду… они все еще шиноби Конохи. Я не могу, я не буду…
— Сакура, — резко говорит Итачи, каждое слово режет ее, как лезвие. — Тебя преследовали в течение семи месяцев. Они, не колеблясь, медленно и мучительно убьют тебя, как только поймают, предварительно использовав всевозможные виды пыток.
Нукенин уже готов сказать что-то еще, но замечает выражение ее лица и решает промолчать. Учиха снова чувствует приближение Корня, и если бы не ледяной самоконтроль, старательно культивируемый последние десять лет жизни, он бы зарычал от разочарования. В глубине души какая–то часть его признала, что он действительно находит общество Сакуры более или менее приятным и признает ее способности как куноичи, но степень эмоциональной слабости, которую девушка проявляет в подобных ситуациях, неприемлема.
Второй раз за вечер ирьенин прикусывает губу, чтобы подавить крик. Итачи грубо хватает ее за запястье, притягивая ближе к себе. Все, что ее разум регистрирует перед этим — темный лес, быстро приближающиеся сигнатуры чакры отряда Корня, даже ощущение грязи под ботинками и прохладного ночного воздуха на коже — исчезает в темноте.
Либо через секунду, либо через вечность, Харуно, пошатываясь, вырывается из рук Итачи, чувствуя, как мир вращается под ногами. В инстинктивной реакции на непреодолимое головокружение и тошноту она безвольно падает на колени, обхватывая себя руками, позволяя шее безвольно упасть вперед.
Требуется несколько минут, чтобы сбивающее с толку ощущение прошло. Первое, что замечает Сакура — влажную, грязную почву под коленями. Там, где они были раньше, дождя не было, поэтому отступница оглядывается по сторонам, все еще несколько ошеломленная. Здесь намного холоднее и ветренее. Этого оказалось достаточно, чтобы ее распущенные локоны безжалостно развевались на ветру. Она дрожит, замечая капли влаги от недавнего ливня, стекающие с листьев деревьев. — Какого…
Быстрый взгляд на новую обстановку подтверждает подозрения, ирьенин поворачивает голову в сторону Итачи так резко, что чуть не выворачивает шею. Учиха прислонился к дереву, бесстрастно наблюдая за напарницей. Даже в несколько опустошенном состоянии Сакура удивляется тому факту, что он только что перенес их двоих на ошеломляющее расстояние и выглядит от этого ничуть не хуже. Она пытается заговорить, но закашливается, ее плечи слегка дрожат. — Где мы? — Спрашивает куноичи, когда приходит в себя.
