В ноябре 189... года из здания бостонского железнодорожного вокзала вышла молодая дама с кожаным саквояжем в одной руке и ридикюлем лилового бархата в другой. Отказавшись от услуг носильщика, она остановилась у края тротуара и взмахом руки подозвала кэб. Проходящий мимо господин впопыхах задел ее, но тут же извинился, приподняв цилиндр. Дама даже не взглянула на него и, уходя, он оглянулся на нее. Рядом остановился кэб и молодая женщина, подхватив саквояж, подошла к нему, попросив кэбмена отвезти ее по адресу, который назвала. Кэбмен взял саквояж, уложил его в багажный ящик и, подсадив пассажирку в кэб, укрыл ее колени кожаной пологом. Забравшись на свое место, кэбмен щелкнул длинным бичом и тронулся с места, неторопливо погоняя лошадей, давая возможность молодой женщине вдоволь смотреть по сторонам: на дома, парки и улицы, которые они проезжали. Бостон вырос, раздался вширь, и стал многолюднее с тех пор, как она покинула его. Она помнила городскую ратушу, приземистое здание театра и широкую центральную улицу, но она не помнила подобной роскоши освещенных витрин, а уж тем более французских магазинов модной одежды. Появилось много ресторанчиков и уличных кафе, открытых не смотря на сумрачный день, который хмурился все больше. Было еще три часа дня, а в окнах домов уже горел свет. Вдоль тротуаров фонарщики зажигали газовые фонари. Копыта лошади мерно стучали по брусчатке. Начал накрапывать дождь и кожаную полость усеяли его мелкие капли. В сером промозглом сумраке прошла закутанная в шаль цветочница с корзиной нераспроданных ромашковых астр, уже последних в этом году. Прохожие, ставшие безликими из-за раскрытых глянцевых от дождя зонтов, торопились к домашним очагам. В такой день хотелось сидеть у камина с чашкой горячего чая и слушать таинственные истории. Кэб остановился у крыльца невысокого двухэтажного особняка над чьей дубовой дверью, медная начищенная до блеска вывеска извещала о том, что это "Пансиона мадам Симпл". По обе стороны крыльца в каменных вазонах мокли увядающие оранжевые настурции, а горящий над дверью кованый фонарь в ореоле моросящего дождя виделся размытым пятном. Из окон эркеров сочился уютный спокойный свет, приглушенный плотно задвинутыми тяжелыми гардинами. Соскочив с козел, кэбмен обошел экипаж и помог выбраться из него пассажирке, откинув кожаную полость, прикрывавшую ее ноги. Раскрыв над нею зонт, он проводил ее до дверей и, дернув ручку звонка, подождал пока дверь не откроется, после чего, пропустив даму вперед, закрыл зонтик и внес саквояж следом за ней.
В небольшом холле их встретила женщина средних лет в темно коричневом платье с воротничком и манжетами из черного кружева. С ее шеи на серебряной цепочке свисал лорнет, на поясе позвякивала связка ключей. Строгость, с которой она оглядела вновь прибывшую, была, скорее всего, заученной и накладывалась на лицо подобно пудре, потому что не могла скрыть природного добродушия приятного круглого женского лица.
- Я, миссис Смипл, хозяйка этого пансиона, - представилась женщина. - И если вы нуждаетесь в чистой и уютной комнате, то здесь вы ее непременно найдете. Харви? - кивнула она кэбмену, приветствуя его.
- Очень приятно, миссис Симпл, - негромко проговорила приезжая мелодичным голосом. - Уверена, здесь меня все устроит.
Раскрыв ридикюль, она расплатилась с кэбменом, щедро добавив сверх положенного. Поклонившись, кэбмен вышел, раскрыв над собой зонт. Тем временем миссис Симпл придирчиво изучала новую постоялицу. Судя по загару, который на удивление шел к темным бровям незнакомки и оттенял золотистый цвет волос, нисколько не умаляя ее привлекательности, она прибыла в Бостон с Запада. Но мисисс Симпл ни в коем случае не назвала бы ее разбогатевшей в одночасье фермершей. В молодой женщине чувствовалось не столько воспитание, сколько порода, обладателю которой прощались многие промахи. Незнакомка не, то чтобы совершала их. Нет! Она попросту не обращала на них внимания, а потому миссис Симпл, как все благовоспитанные дамы очень щепетильно относившаяся к правилам приличия, вдруг признала за ней право их нарушать. Знаком, велев мальчику-бою взять саквояж и отнести наверх, миссис Симпл попросила постоялицу следовать за ней, смирившись с тем, что молодая женщина так и не сочла нужным представиться. Комната куда проводила ее миссис Симпл и в самом деле оказалась уютной и даже не лишенной вкуса, что восполняло ее небольшие размеры. Синие обои с бледно розовыми гортензиями, тяжелые темно-синие портьеры, небольшой камин облицованный мрамором, в углу альков с кроватью задернутым теми же темно синими тяжелыми занавесями. Возле камина круглый столик с корзиной фруктов и два мягких кресла возле него, у стены примостился резной шкаф. Новая постоялица огляделась и тут же заплатила за две недели вперед.
- Мне нужен посыльный, - сказала она.
