Три пары глаз уставились на него.
Порфирий Петрович произнес два слова.
– Это что такое? – на широком отечном лице Генерала отразилось недоумение.
– Небольшая нефтедобывающая компания с управляющей структурой в офшорах, – пояснил Порфирий и начал рассказывать.
Какое-то время назад на Фолклендах обнаружили месторождение нефти. По несчастливой случайности самое удобное место для разработки находится на территории Зоны. Только как можно бурить, если техника не работает? Надеяться, что в ближайшее время Зона исчезнет, когда восемнадцать лет она была стабильна, глупо. Концерн уже начал разрабатывать проект по добыче с учетом ее существования, но Зона вдруг решила немного уменьшиться. Вот и возникла у них мысль уменьшить ее побольше.
– Из-за нефти? – Генерал аж присел от удивления. – Из-за гребаной нефти? Им же хана! Они идут на конфликт с нами из-за нефти?
– Конфликтовать будет государство, разгребать последствия тоже, а вот получать прибыль – вполне конкретные люди.
Хизэо-сан тоже утратил обычную невозмутимость.
– Неужели такое большое месторождение?
– Нет, совсем некрупное.
– И ради него они готовы устроить катастрофу в Сибири?
– Ничего личного, только бизнес, – пожал плечами Порфирий Петрович.
Гончар проснулся с рассветом. Утренняя хмарь гуляла по земле дымчатыми тенями. За ночь подмерзло, на каменистой земле выступил иней. В сочетании с белым небом и пепельными корявыми стволами деревьев пейзаж выглядел неземным – безжизненная планета Х, да и только.
Глория еще спала, свернувшись клубочком. Олег достал бинокль и оглядел окрестности, но не засек ни дыма от костра, ни малейшего движения, лес словно вымер. Значит, фолклендский стрелок их опережает. И, скорее всего, значительно.
Если верить карте, то где-то здесь протекает ручей. Правда, может, уже и не протекает – за последний год центр Зоны дважды перепахивало напрочь.
Ручей оказался совсем рядом – надо было только спуститься в распадок. Олег разделся до пояса и, зачерпнув пригоршню воды, плеснул себе на спину. Ледяная вода обожгла кожу, но сейчас это было именно то, что нужно. Умывшись, он набрал полный котелок и фляжку и отправился в обратный путь. По дороге прихватил несколько сухих веток для костра.
Вернувшись, полил ветки «горючкой», запалил, и огонь радостно затрещал, согревая и успокаивая. Костер в Зоне – не тот, что на Большой земле, не просто источник тепла. Когда в Зоне начинает ехать крыша, когда психика не выдерживает, когда страшно, тревожно, жутко, лучшее дело – развести костер и хоть несколько минут спокойно посмотреть на огонь. Что Олег и сделал. Обратил внимание, что костер сильно искрит. Сталкеры бы сказали, примета нехорошая – значит, впереди опасность или плохой человек встретится. Хотя это же Зона, тут кругом опасности, да и нехороший человек бегает где-то неподалеку.
Вода в котелке забурлила, и Олег щедро сыпанул заварку. Достал тушенку, галеты, шоколад. Пора будить Глорию.
Он даже привстать не успел, только подумал, как за спиной раздалось:
– Я не сплю.
Прав был Бахаев: ведьма и мысли читает.
Глория быстро выбралась из спальника, накинула куртку и направилась к ручью. Шла медленно, оглядываясь по сторонам. Оно и понятно – лес вблизи центра Зоны не похож на обычную забайкальскую тайгу. Деревья выглядят больными, чахлыми: ни хвои, ни листьев, одни низкорослые коряги в уродливых наростах. Даже не разберешь, сосна это или осина. Камни покрыты проплешинами серого мха. Он тут тоже необычный – то как шкура снежного человека (почему-то именно такое сравнение приходило в голову), то как виньетка, вышедшая из-под руки подвыпившего художника.
Гончар бросил в котелок несколько кусков сахара и, подумав, достал из аптечки последнюю ампулу стимулятора. Кто знает, как дело обернется, а эта мелкая стекляшка способна увеличить шансы на выживание.
Подглядывать он не хотел, просто так получилось. Глория стояла спиной к нему. Олег видел, как она расплела косу и копна черных волос заструилась по плечам. Потом сняла куртку, через голову стащила свитер.
Интересно утро начинается. Она это специально? Ему сейчас только стриптиза не хватало. Могла бы сначала спуститься к воде.
Олег отвернулся, но не настолько поспешно, чтобы она не заметила его взгляда.
Когда Глория вернулась, посвежевшая, с тщательно заплетенной косой, он невозмутимо прихлебывал чай. На коленях была разложена карта. Впрочем, особой нужды в ней не было, сейчас, когда почти рассвело, над верхушками деревьев торчали три трубы лагерной котелки. Совсем близко, часа за два можно дойти. А то и за час, если повезет и ловушки по дороге не встретятся. На карте – ни одной. Только вряд ли стоит верить карте, старовата она уже.
Глория села на ствол поваленного дерева и взяла из рук Олега свою кружку.
– Спасибо.
От тушенки и шоколада отказалась.
– На голодный желудок Зона слушается лучше, – пояснила она.
Пошутила или говорила серьезно? Неужели слышала, как Дошик с Бахаевым называли ее ведьмой?
Гончар разделался с банкой тушенки, запил чаем. Остатки вылил в костер.
– Ну что, готова?
