Железка выглядела давно заброшенной – ржавые рельсы, сгнившие, обломанные шпалы, между которыми торчали пучки колючей травы. Олег шел первым. Бросал гайку на несколько метров вперед – здесь красные ленточки не терялись среди густого мха. Место открытое, аномалии, проявляющиеся на физическом уровне, и без гайки заметны. Опасаться следовало разве что невидимых глазу пространственно-временных ловушек. Попадешь в такую – будешь переживать даже не день, а час сурка.
– Если взял слишком быстрый темп, скажи, – обернулся Олег к шедшей за ним Глории.
– Нормально, – прозвучало сзади.
Две сотни метров пройдено, и ни одной ловушки. Только в Зоне не бывает, чтобы все шло гладко. Наоборот, если все идет слишком хорошо – значит, впереди ждет полная жопа.
Вагон словно специально стоял там, где его невозможно обойти – на узком железнодорожном мосту – и занимал мост целиком, и в длину, и в ширину.
– Что будем делать? – Глория подошла к остановившемуся перед торцом вагона Олегу.
– Думать.
Ограда моста давно сломана, деревянный настил по краям прохудился и теперь торчал гнилыми обломками. Металлические опоры вроде крепкие, но стоя´т слишком далеко друг от друга, не уцепишься. Внизу, под мостом, бежал ручей. Летом, наверное, его можно пройти вброд, не опасаясь ловушек: в реках и озерах их никогда не было. Но лезть в ледяную воду ранней весной не хотелось.
Пригнувшись, Олег заглянул под вагон. Обычно под днищем достаточно места, чтобы проползти, но прежде чем лезть под колеса, стоит проверить, не притаилась ли там аномалия.
Так и есть: под вагоном раскорячилась здоровенная лиловая клякса, по поверхности которой время от времени пробегала искра.
Зона решила показать что-то новенькое? Ну так пусть оставит при себе свои игрушки, никто не собирается лезть в эту фиолетовую мерзость.
А если ве´рхом?
Поискав глазами, Олег выругался сквозь зубы – уцепиться не за что. Ни выступов, ни поручней, ничего. Забраться на крышу вагона не получится. Зато дверь призывно открыта – заходите, пожалуйста. И вторая дверь в конце вагона открыта. Казалось бы, чего проще – пройти вагон насквозь, только ведь кто поверит в гостеприимство Зоны? Хотя верь не верь – другого пути нет. Тем более что вон на земле совсем свежий след от рифленой подошвы. Оставить его мог только фолклендский гость.
Олег вскочил на подножку. Дневной свет, проникающий через открытую дверь, позволил рассмотреть лишь небольшое пространство внутри вагона, вся середина тонула во мраке. Слишком густом и темном, чтобы считаться естественным.
Крутнувшись красным хохолком, гайка полетела вперед. Красные ленточки дрогнули, а потом вдруг резко метнулись в сторону и пропали, как не было. Олег не сдержал удрученного вздоха. Ситуация хуже некуда: в центре вагона обосновалась «черная дыра» – одна из самых гадких аномалий. И самых загадочных. Все, что в нее попадает, обратно не возвращается. Может, проваливается в другой мир, лучше нашего, где люди живут долго и счастливо. А может, наоборот, распадается на атомы.
Глаза постепенно привыкали к полумраку. Теперь «черная дыра» предстала во всей своей красе: сгусток тьмы в центре вращающейся спирали, от которой расходились черные «рукава».
А если попробовать протиснуться вдоль стеночки? Страшновато, конечно, но другого пути нет.
– Что там? – Глория нетерпеливо топталась у двери, заглядывая в вагон.
– Дай фонарь.
Глория протянула неуклюжий меркуловский фонарик.
Олег шагнул внутрь вагона и направил луч в темноту. Фонарик развеял сомнения – «рукава» спирали практически лизали стены. Дыра оказалась слишком большой.
– Что это? – вновь спросила психолог.
Она уже поднялась в вагон и теперь старалась разглядеть ловушку.
– «Черная дыра». Тут нам не пройти.
– «Черная дыра»?
– Не та, конечно, что в космосе, ловушку так назвали, потому что… – начал объяснять Олег, но Глория не слушала. Она стянула с плеч рюкзак и принялась копаться в содержимом. На свет появился алюминиевый контейнер для артефактов. Глория набрала код на замке и откинула крышку.
Любопытство взяло верх, Олег подошел ближе.
Все ячейки контейнера были заполнены предметами.
Глория сверилась со списком на крышке и открыла угловую ячейку. Вынула светлый комок, будто слепленный из тонких жемчужных трубочек.
– Неужели «заморозка»? – вырвалось у Олега.
– Да, тут так написано.
Гончар моментально повеселел:
– Тогда никакая «дыра» нам не страшна! Но откуда она у тебя?!
«Заморозка» встречалась в Зоне настолько редко, что многие сталкеры не то что не видели артефакт, но и не слышали о нем.
– Это контейнер Шилова, – прозвучало объяснение, показавшееся отговоркой. – Я знала, что он несет с собой набор редких артефактов. Для таких вот случаев, как сейчас. – Глория протянула Олегу «заморозку». – Умеешь пользоваться? Тут написано, что нужно просто бросить в середину ловушки.
– Справлюсь.
