– Спасибо, – устало улыбнулась Мари. Ее взгляд, всегда живой, любопытный и сострадающий, словно потух. Белки розоватые, под глазами – темные круги. – Как же меня это бесит. Этот мир… Господи, Ника, ты же сама все видишь. Лишний раз рта не откроешь, лишний раз не заговоришь… Если бы они знали, что мы творили там, в Лондоне… – Мари запнулась, с опаской покосившись на Домора.
– Я умру с этой тайной, – холодно заверил он, но Ника расслышала усмешку и невольно улыбнулась. От поддержки Домора и от облегчения, которое принесли ей слова Мари. Может, еще не все потеряно? Просто они с Алексом играют свои роли лучше, чем она.
– А еще я скучаю по свободе. – Мари потянулась к тарелке с фруктами рядом с Никой и зашептала: – Кажется, у нас с Киром все серьезно. И если бы я жила не во дворце и моим отцом был бы не оклус, я бы поклялась, что он захочет жениться на мне. Но кто согласится по своей воле проходить обряд преданными кольцами…
– Какой обряд?
– Ох, – Мари закатила глаза. – Есть такие кольца, они создаются парами и заряжаются священной книгой брака. Все наследники династии перед женитьбой обязаны обменяться такими кольцами. Делается это, чтобы избежать браков по расчету. Если избранник наследника не подходит, кольцо просто остается на руке, как обычная безделушка. Все это видят и считают брак недействительным.
– А если подходит?
– Кольцо впечатывается в кожу. Поговаривают, оно оставляет отметину в одном и том же месте на теле у обоих. Как будто их брак – это не просто прихоть смертных, а одобрение высших сил. Нерушимая клятва. Но я никогда не видела, как это работает.
– Ужасно.
– Да уж. Тем более что простые люди могут лишь обменяться кольцами. Все как в Лондоне. Они могут развестись и жениться снова. А мы – нет, если скреплены клятвой колец. Мама рассказывала, что в прошлом веке многие влюбленные пытались достать такие кольца, чтобы не выходить замуж за тех, кого им навязали родители. Но большинство союзов заканчивались провалом.
– Всегда знала, что никогда не выйду замуж, – хмыкнула Ника. Домор наградил ее насмешливым взглядом. – Что?
– Теперь я только и мечтаю, чтобы дожить до твоей свадьбы.
Ника скорчила ему гримасу, Домор ухмыльнулся, пожав плечами. Мари поджала губы, переводя взгляд с одного на другую, а потом быстро коснулась ее руки.
– Не злись на Сашу, хорошо? – шепнула она и скрылась среди гостей.
– Ваша соперница гораздо влиятельнее, чем мне могло казаться, – вкрадчиво отметила Кая Светуч, чокнувшись бокалом с Алексом. Они стояли вдали, у самого близкого к порталу стола.
– Почему вы называете ее соперницей? – равнодушно спросил Алекс. Кожа под татуировкой за ухом горела.
– Это же очевидно. Династии рьяно стремятся к общему миру, знакомят обитателей обеих земель и даже прессу. Посмотрите на этих людей. Кто ваш, а кто – их? То-то же, и я не вижу разницы. Вы думаете, ваши люди останутся вашими, когда юная принцесса поймет, как пользоваться своей властью? Вы думаете, появление этого ведьмака, – Кая сморщилась, – неожиданность для нее? Ее не было больше полугода; и ходит много слухов о том, где она пропадала, господин. Николина способна вывести магических выродков из тени. Способна устрашать и запугивать. Она получит безграничную власть. Она есть зло. А вы благоговеете перед ее сомнительной красотой.
Последнюю фразу Кая буквально выплюнула из себя. Алекс усмехнулся, сделав глоток, а внутри все предательски затряслось. Если пресса была такой же наблюдательной, как советница, проблем ему хватит надолго.
– Когда она поймет вашу слабость, вы пропадете. Она использует против вас все, что узнает.
Кая зловеще нашептывала ему свои опасения. В сером одеянии эта женщина была такой блеклой на фоне праздничных огней и роскошных нарядов гостей, что в какой-то момент Алексу показалось, будто ее и вовсе здесь нет, а голос звучит из его головы.
Мимо них прошел воин Алой Розы, блондин с длинными волосами в хвосте, предусмотрительно прикрывающими заостренные уши. Алекс окликнул его:
– Господин Домор!
Мужчина в замешательстве остановился.
– Прошу меня извинить, – Алекс кивнул советнице и, не дожидаясь ответа, проковылял к воину. – Мы официально незнакомы. Александр, – парень протянул руку, и Домор немедля пожал ее. – Прогуляемся?
Они отошли к светящемуся краю моста, в самую гущу тумана.
– Я давно хотел поблагодарить вас за то, что вмешались тогда, в Лондоне.
