— Ты наружку имеешь в виду? А зачем она мне? Если бы нужно было, то я бы тебя одной рукой скрутил, и тебе еще повезло, если бы я при этом случайно не сломал тебя пополам.
Он сознательно шел на обострение отношений, нажимая на физический недостаток новоявленного напарника, что для того должно было быть ударом по самолюбию. Дело рискованное, грозящее осложнениями, но он не собирался давать садиться себе на шею.
— Кончай буром переть, крутой. Давай на такси, — сказал Шур и пошел, догоняя толпу, рассасывающуюся на привокзальной площади, выстраивающуюся в очереди на автобус, уходящую к жилым кварталам, к палаткам и магазинам.
Олег про себя оценил ответ Кольки Шура. Тот вроде и слабины не дал, и на вопрос ответил, снимая причину напряженности. Ну-ну.
Они вышли к дороге, и Шур, подняв руку, остановил первую же машину, наклонившись и сказав водителю, куда ехать, до того, как Олег успел подойти и услышать. Беспалый Колька сел вперед, а Олег вынужден был разместиться сзади. Эти места он не знал и с интересом смотрел по сторонам, пытаясь понять и запомнить, куда они едут. Немного времени спустя они выехали на шоссе, скорее всего Ленинградское, а еще через несколько минут он с немалым удивлением увидел, что они въезжают в Москву.
Он понял, в чем дело. Шур проверял наличие хвоста, а заодно и отрывался. Причем делал это демонстративно, как бы говоря, что тебе, парень, я не доверяю и не скрываю этого. Это значит, что Пирог как минимум рассказал о его недавнем милицейском прошлом. Хорошо начинается сотрудничество, ничего не скажешь.
— Есть предложение, — сказал Шур оборачиваясь, когда они перевалили мост через Москву-реку. — Я тут баньку зарядил. Как ты — помыться, отдохнуть с дороги?
— Можно, — лениво ответил Олег, вольготно развалившийся на заднем сиденье. — Только когда делами заниматься?
— Успеем, — пообещал беспалый, скрывавший свое приметное увечье под кожаной перчаткой. — С чистым телом и душой дела быстрее делаются.
Обещанная баня оказалась небольшой сауной, где Шура встретили как старого знакомого. Раскрасневшийся служитель в белом халате, через ткань которого просвечивали длинные красные трусы, и в стоптанных пластмассовых шлепанцах при виде клиентов засуетился, объявив, что все готово к приему дорогих гостей и, не успели они снять куртки, притащил чистые простыни и полдюжины бутылочного пива. Шур всунул в его пухлую ладонь несколько купюр и закрыл за ним дверь на задвижку.
— На кой барабан нам посторонние? — сказал он, заметив взгляд Олега, который он, видимо, посчитал вопросительным. — Может, он этот, как его? Ну, который за голыми мужиками подглядывает.
— Черт его знает, — безразлично пожал плечами Олег. Его сейчас больше интересовало, зачем беспалый притащил его в сауну. У него даже мелькнула шальная мысль, что сам Шур как раз такой, как он только что говорил про банщика. Уголовники народ темный, со всякими душевными и моральными сдвигами. Так что черт его знает.
Снимая куртку, Олег неловко двинул ею по стене, и лежавший в кармане пистолет глухо стукнул, ударившись о деревянную обшивку. При этом он не заметил быстрого взгляда, брошенного в его сторону Шуром.
Разделись они одновременно и вместе пошли в парилку, подхватив по дороге стоявшие у стены фанерные подкладки, предназначенные для того, чтобы не обжечь раскаленными лавками филейные части клиентов.
Шур был худой как спичка, с расписанным наколками правым плечом. Рассмотреть роспись Олег не успел, потому что беспалый сел так, что рассмотреть ее было невозможно.
Шур же беззастенчиво рассмотрел крупное тело соседа по полке, перевитое мощными мышцами, которые, на взгляд их обладателя, здорово сдали за время его чеченского плена.
— А ты здоровый бычара, — одобрительно, даже с некоторой завистью, которую он пытался скрыть за привычной насмешливо-бравадной интонацией, сказал Колька.
— Какой я тебе бычара? Слова-то выбирай.
— Спортом занимался? Или так качался?
— Занимался, — односложно ответил Олег. — Так чего делать-то будем? Есть идеи, как этого абрека искать?
— Идей как грязи. Давай сначала отпаримся, а потом перетрем. Жарко.
— Можно и так.
Некоторое время они молчали, чувствуя, как первый пот пробивается через забитые поры кожи. Постепенно становилось труднее дышать раскаленным воздухом, и они начали его цедить через неплотно сжатые губы.
— Уф! — наконец сказал Шур. — Пойду ополоснусь. Ты как?
— Я посижу еще.
Беспалый выскочил из сауны, прихватив с собой фанерку. Олег выждал секунд тридцать и, стараясь не скрипеть дверью, вышел следом. Ни в душе, ни в маленьком бассейне беспалого не было. Зато он был в предбаннике и обшаривал одежду Олега, как раз в этот момент извлекая из кармана пистолет.
— Посмотрел? — Олег положил руку на расписанное плечо и надавил так, что Шур вынужден был вывернуться ужом, иначе рисковал быть поставленным на колени. — А теперь положи на место. Тебе в школе не говорили, что лазить по чужим карманам нехорошо?
