Пригубила коньяк, провела языком по горлышку, слизывая горькую жидкость, там, где были его губы. Закрыла глаза, вспоминая, как крепко сжимал меня в своих звериных объятиях и рука сама потянулась вниз. Под бельё. Коснулась себя и закусила губу от дикого удовольствия. Словно его пальцы там, сильные и длинные. Ласкают бугорок клитора, размазывая влагу и ныряют глубже, внутрь.
Словно со стороны слышу свой стон и выгибаюсь ему навстречу… Не ему. Моей фантазии. Только теперь она не кажется выдумкой, несбыточной мечтой. Теперь она настоящая. Как я, как мои ощущения от его жадных, собственнических прикосновений.
Уснула прямо на диване, в порванной одежде, с бутылкой коньяка в руке. И видела сон, где Миша вёл меня за руку за собой. Я шла за ним и знала, что не причинит мне вреда… Верила ему и крепко сжимала его пальцы. А потом вдруг поняла, что ведёт меня за собой не он…
– Теперь ты моя, – улыбнулся Иван оскалом хищника, подхватил меня на руки и потащил к чёрному джипу.
– Отпусти! Не хочу с тобой, отпусти! – кричала, отбиваясь, но он лишь смеялся. – Миша! Мишенька, спаси меня!
Только Миши не было уже нигде… Я срывала голос, вопила в пустоту, но меня никто не слышал. Лишь тихий смех Медведя и мои руки, на которых вдруг появились верёвки. Они крепко опутывали мои запястья и жгли кожу огнём.
– Моя…
ГЛАВА 20
Набрав в постель еды, включила телевизор. По утренним новостям снова вещали какую-то муть. Школьник Вася Ладушкин выиграл олимпиаду; баба Валя из деревни Новые Витюшки вырастила самую большую клубнику, и так далее по тексту. В принципе, ничего нового. Но уже в следующий момент я застыла с бутербродом у рта и выпучила глаза на экран.
Показывали тот самый детский дом, в котором когда-то посчастливилось побывать и мне. Голодные дети, приодетые для показухи в чистые, даже заштопанные чьей-то заботливой рукой шмотки, заглядывали в большие картонные коробки, а воспитатели пытались заставить их благодарить добродетеля. Разумеется, это сейчас они строят из себя справедливых, добрых женщин. Как только журналисты местного канала свалят, они тут же заберут всё себе, оставив детям (в лучшем случае) горстку карамелек.
Но шокировало меня не то, о чём хорошо знала и так. Шокировал меня улыбающийся маленькому пацану Иван. Дядя Медведь делает подарки сиротам? Подумать только. Самореклама? Закос под не только честного, но и необычайно добродушного коммерса? Ну вот, хоть убейте, не верила я в помощь маленьким отбросам общества на почве нестерпимой щедрости. Я сама ещё совсем недавно была этим самым отбросом и видела всё эту воняющую гнилую требуху изнутри. Даже эти бедные детишки, что скачут вокруг Бероева с радостными моськами и глазами, полными восхищения, знают правду. Просто они хотят вырасти поскорее и стать таким же сильными и могущественными, как он. Глупые. Они еще не в курсе, что их жизнь сложится совершенно по другому и повезёт лишь единицам. Да и то… Неизвестно ещё как повезёт. Я к примеру, теперь хорошо понимаю – то, что считала везением, может обернуться тем, что пережить не захочется никому.
Впрочем, плевать.
На сегодня Басмач не ставил передо мной никаких целей и я планировала провести день, наслаждаясь данными мне благами.
Для начала опустошила третью часть холодильника, затем, с трудом поборов лень, приняла душ, надела легкое платье с пышной юбкой и, высушив волосы, длина которых уже достигала поясницы, взглянула в зеркало.
Не то, чтобы я страдала манией величия, но совершенно точно уже не походила на бомжиху. Вздохнула. Жаль, что баба Дуся не видит, какой я стала. Ей бы понравилось… Разумеется, я о внешности. Если бы она узнала, чем я стану заниматься, то, скорее всего, померла бы раньше. Или убила бы Мишку.
А я не могла его презирать. Не могла, но знала, что должна. И чем больше я себя убеждала в этом, тем сильнее хотелось простить его.
Вот такая вот дура.
После обеда всё же решилась сходить погулять. Неподалёку от дома заметила парк и новый универсам, в который и собиралась заглянуть. Правда, планы мои резко поменялись когда, открыв дверь, я обнаружила на пороге Ивана.
– Привет, красавица. Далеко собралась? Может подвезу? – нахальная улыбка, по детски озорная, словно передо мной не взрослый, здоровенный мужик, на которого смотрю снизу вверх, а молодой парень, жизнерадостный и весёлый.
Но тем не менее вздрогнула.
– Откуда ты узнал в какой квартире я живу?
– Я всегда узнаю всё, что мне нужно.
Хмыкнула, скрестив руки на груди и встав в позу. В душе же искренне надеялась, что Басмач принял меры и никто не скажет Бероеву, кто снимает эту квартиру.
– Очень рада за тебя, но мы ведь не договаривались о встрече.
– Аааа… Ну да… Точно. Извини, не хотел тебя потревожить, – он тяжело вздохнул и повернулся к лестнице. – Ну, пока тогда.
Я аж глаза на него выпучила от удивления. Серьёзно, что ли? Вот так вот уйдёт, поджав хвост?
Но в следующий момент Медведь подхватил меня на руки и закинул к себе на плечо, отчего я испуганно взвизгнула. Это что? Мой жуткий сон начинает сбываться?
