Их пузырь сладкого делириума и контролируемого хаоса лопнул одним субботним утром. Троица сидела в кофейне «Ист корнер», своем новом любимом месте, ждала заказ Слен и обсуждала военную кампанию Демасуса и ее связь с конкордией. Слен и Кидан составили краткие выжимки семи классических произведений и выписали цитаты, которые могли потенциально пригодиться. Девушки ждали, что Юсеф не выдержит нагрузки, но он, как ни странно, работал с огоньком – в кофейне появился раньше Кидан и Слен, полный новых идей, с третьим кофе в руке.
– Если такой ценой достигается сосредоточенность, может, нам стоит ежемесячно устраивать убийства. – На сфокусированного Юсефа Слен смотрела с непривычной для себя страстью.
– Боже, да ты свихнулась! – Карие глаза Юсефа загорелись. – Придешь потом ко мне в студию?
– Нет.
Юсеф ухмыльнулся:
– Болтать не буду. Просто посмотришь, как я аннотирую исследования. – Он ухмыльнулся еще шире, и Кидан покачала головой, пряча улыбку.
Официантка подошла к их столику, поставила перед Слен кофе. Взяв стаканчик, девушка почувствовала, что сбоку приклеена записка. Слен замерла. Ее бесстрастные глаза тотчас стали оглядывать посетителей.
Кидан заметила и встревожилась.
– В чем дело?
Слен протянула записку.
«А если бы с башни упал твой родственник?
Сестра Рамин».
Юсеф отодвинул книги и подался вперед, чтобы прочитать.
– Сестра Рамин?
Слен вскочила и отшвырнула стаканчик с кофе, будто в нем был яд.
– У Рамин не было сестры. Кто-то надо мной издевается.
– Это «Тринадцатые»? – Лицо Юсефа пожелтело.
– Наверное, – мрачно подтвердила Слен.
– Чего они добиваются?
– Ничего. Они хотят, чтобы мы допустили ошибку. А мы просто будем посещать все лекции и сдадим дранактию. Если поймут, что мы на пути к зачету, они нас не тронут. Им нужны наследники. Не забывайте.
Заверения Слен обнадеживали, но в глазах у нее читалось иное. Стальная броня восстанавливалась; только-только начавшая рассеиваться настороженность достигла апогея; под подозрение попадали все.
На их послеобеденной встрече Слен не присутствовала. Кусая нижнюю губу, Кидан слушала то, что Юсеф узнал о Нефрази, но думала о том, что если «Тринадцатые» добрались до Слен, то ей, Кидан, сестру не найти.
– Вот что меня беспокоит. – Юсеф потер висок. – С какой целью эти Нефрази создали «Тринадцатых»? Чтобы захватить Укслей? Это значит, они не из наших двенадцати Домов. Незамеченными в Укслей им не проникнуть. Получается, они из Домов-отщепенцев.
На курсе «Восточная Африка и нежить» Кидан изучала тему «Разделение восьмидесяти семей акторов и их фракции». Лишь двенадцать Домов решили присоединиться к университету Укслей, основанному Адане и Фэрисами. Шестьдесят семь Домов существовали за высокими воротами, и ни один из них не руководствовался учениями Последнего Мудреца. Один Дом вымер.
Юсеф содрогнулся:
– Если все так, я слышал истории о том, как они пьют кровь своих акторов.
Кидан нервно сглотнула, отчаянно надеясь, что Джун не у Нефрази.
С улицы послышался громкий, оживленный спор. В открытое окно библиотеки Кидан и Юсеф увидели, как брат Слен орет на нее. Парень казался расстроенным и осыпáл сестру ругательствами. Хрупкая в сравнении с высоким братом, Слен умудрялась сохранять спокойствие. Парень толкнул ее к ближайшему столбу.
– Какого черта?! – Юсеф уже выбегал за дверь. Кидан следом.
Спустившись на ровно подстриженную траву, они услышали, как парень просит:
– Уладь проблему! Расскажи им, что знаешь!
Слен встретила взгляд брата, невозмутимая, как беззвучная гроза.
– Не могу.
Брат таращился на нее, сжимая кулаки. Юсеф с Кидан почувствовали его ярость и встали между ними. Устремленный на Слен взгляд брата был таким душераздирающим, что у Кидан защемило сердце. О семейных ссорах вроде этой она знала не понаслышке. Кидан украдкой посмотрела на Слен: та не отрывала глаз от травы.
После ухода брата Слен они, глубоко потрясенные, стояли на зимнем холоде.
– Что у вас случилось? – спросила Кидан.
Оказалось, что брат Слен тоже получил записку.
«Твоя сестра знает, кто убил Рамин Аджтаф».
Мир Кидан, только-только пришедший в равновесие, снова накренился. Она смяла записку в плотный комок. «Тринадцатые» угрожают им. Скоро от словесных угроз они перейдут к делу.
– Что же нам делать? – шепотом спросил Юсеф.
Слен казалась потерянной, поэтому Кидан расправила плечи и сказала:
– Я с этим разберусь.
В лице Юсефа отразилось облегчение, Слен слабо кивнула в знак согласия.
Их доверие придало Кидан новых сил – она почувствовала власть, благодаря которой одолеет тех, кто ей угрожает.
