Кидан не ответила, Сузеньос с безысходностью посмотрел в пол, потом ушел.
Кидан бросилась на кровать и закрыла глаза. Сила, которая давила на них изнутри, становилась просто невероятной. Слова Сузеньоса заставили содрогнуться. Годами жить одной… Даже думать об этом было невыносимо. Ни за что и никогда, с нее хватит! Перед мысленным взором промелькнули лица Юсефа и Слен. Холодные и обвиняющие.
Кидан опустила руку в карман и надела браслет. Давление внутри глаз сперва стихло, потом исчезло. Продолжительность своей жизни определять только ей, если захочется, есть выход. Кидан потянулась за наушниками и спряталась от реальности в видео Джун. Но вместо бодрого голоса, которыми Джун рассказывала свои истории, услышала мрачный: «Искорени все зло. Уничтожь их».
Кидан вырвала наушники из ушей и швырнула в другой конец комнаты, потом сжалась в комок и принялась раскачиваться из стороны в сторону. Когда все это кончится?
Проведя три дня в изоляции от однокурсников, Кидан получила от Джи Кея приглашение пройтись. Их утренние прогулки прервались после того, как Джи Кей перестал посещать занятия, да и Кидан нужно было держать дистанцию. Но Кидан понимала, что лицо монаха разгонит темный туман, в котором она задыхалась. Знакомая поза Джи Кея, его черные одежды и бархатные карие глаза принесут немного света в ее жизнь.
По холмистым равнинам на окраине кампуса Кидан и Джи Кей прошли к кладбищу. Казалось, минуло много лет с тех пор, как они впервые здесь встретились. Кидан была так поглощена своими друзьями-убийцами, что Джи Кей отступил на второй план. Она соскучилась по его спокойствию.
Джи Кей поднял свою сумку чуть выше и отпер склеп.
– У тебя есть ключ? – Ее голос эхом разнесся по пустому залу, в который они вошли.
– Порой я гадаю один.
– Этим ты хочешь заняться? – От холода волоски на руках у Кидан встали дыбом. – Ты же знаешь, мне неинтересно.
Джи Кей расчистил от пыли место в центре зала, поставил сумку в угол, расстегнул цепь и положил ее на расчищенное место.
– Хочу погадать, но не на тебя. – В голосе Джи Кея зазвучало напряжение. – Кости гремят рядом с каждым из них.
Кидан быстро подошла к нему и тоже села на корточки.
– Они в опасности?
Джи Кей окинул Кидан непонятным ей самой взглядом.
– Ты обеспокоена.
– Да, конечно.
– О себе ты так не беспокоилась.
– И ты не беспокойся. Главное, чтобы вы все были в порядке.
В ответ Джи Кей молча посмотрел на нее, не касаясь разбросанных костей. Он словно принимал какое-то решение.
– В чем дело? – хмуро спросила Кидан.
– Скорее, достань мне другую цепь! Она у меня в сумке.
Кидан бросилась открывать сумку, вытащила шарф, несколько книг и связку ключей от склепа, но цепи не было. Девушка сложила вещи обратно и давай искать в другом отделении. А потом ее пальцы замерли. Шарф был стандартный укслейский – красный, со львом на гербе. В шарфе она Джи Кея никогда не видела. Кидан перевернула шарф и покрылась гусиной кожей. В углу был участочек на тон темнее остального материала. Слово на него пролили вино. Кидан поднесла шарф к носу – органы обоняния застлал сладкий аромат персиков.
– Джи Кей, что это? – У Кидан подскочил пульс.
– Это шарф Рамин. – Монах поднялся, бесстрастно глядя на Кидан.
– Что?! – прошептала она.
– Я нашел его в твоей комнате. Вместе с портретом кисти Руфиала Мэкэри. – Отвращение в его голосе заставило Кидан отшатнуться. Она наступила на ключи и едва не потеряла равновесие.
– Как же вы все будете жить дальше? – Его слова ножами проткнули Кидан легкие, и она больше не могла дышать. Нет.
Нет.
Джи Кей надвигался на Кидан, загоняя ее в угол.
– Пойдем со мной! Ты прямо сейчас должна во всем раскаяться.
– Джи Кей…
– Кидан, как ты могла? Убить свою собственную мать? – Джи Кей возвышался над скрючившейся Кидан и протягивал ей руку. – Зачем тебе поступать так с собой?..
– Хватит! – выкрикнула Кидан каждой клеточкой своего существа, крепко зажмуриваясь. Ее вопль прогремел в маленьком склепе с силой, от которой затрещали ее собственные кости.
Джи Кей ее не тронул.
Кидан медленно открыла глаза. Его рука так и осталась вытянутой, пальцы замерли в дюймах от нее.
Кидан повернулась в сторону, схватила сумку, ключи и рванула к выходу.
Джи Кей не шелохнулся. Даже когда она приготовилась запереть его изнутри, он остался на месте, хотя в его теплых глазах бурлили эмоции.
Тихо и боязливо он прошептал слово на ааракском. Слово, звучащее и как молитва, и как ругательство. Он чуть слышно повторял его, закрыв глаза, точно Кидан была демоном, которого он мог побороть.
У Кидан сердце разбилось.
– Просто… просто сиди и жди здесь, пожалуйста.
Джи Кей покосился на Кидан, неуверенно опустился на корточки, потом сел. Он ее слушал, и Кидан была ему за это благодарна.
– Я вернусь. Просто жди здесь. Пожалуйста.
Джи Кей уставился на влажный пол, не говоря ни слова.
Кидан требовалось время разобраться, как тут замешан Джи Кей. Как убедить его, прежде чем он все испортит.
