Как мы помним, былины и сказки «бродили по рукам», рассказывались и пересказывались «в народе» задолго до того, как их начали собирать и записывать любители русской старины и ученые-фольклористы. Следовательно, былинных и сказочных богатырей на Руси знали, любили и почитали не одно столетие. Тем не менее в стране, где одновременно существовали две культуры – «простонародная» и «образованная», богатырям предстояло проделать еще долгий путь, прежде чем стать теми общенациональными героями, какими мы их знаем сегодня.
В Отечественную войну 1812 года, хотя в ту пору уже были опубликованы в печати и «Слово о полку Игореве», и сборник Кирши Данилова, просвещенная публика предпочитала использовать античные – греческие и римские – мифологические и условно-исторические образы, да и в «народных картинках», будь то лубок или агитационные листки московского губернатора графа Ростопчина, о своих богатырях не вспоминали, зато сравнивали «дубину народной войны» с чужими героями: «Русский Геркулес загнал французов в лес и давит как мух». В лучшем случае на этих листках изображались, с соответствующими подписями, казаки-удальцы, дающие отпор Наполеону; именно они олицетворяли русский патриотизм и идею всенародного сопротивления врагу.
Лишь с 1830-х годов слово «богатырь» стало входить в широкое употребление и пониматься в том числе как обозначение народного героя и заступника за Русь, как словесный символ «подлинно русского характера». Понадобилось несколько десятилетий и несколько крупных военных конфликтов, от Крымской войны до Русско-турецкой войны конца 1870-х годов, когда открытки и лубки с богатырями пользовались изрядным спросом, чтобы это символическое значение слова «богатырь» распространилось в обществе и сделалось общепринятым. А так называемое национальное возрождение в отечественной культуре времен правления императора Александра III – Виктор Васнецов приступил к своей знаменитой картине «Богатыри» как раз в те годы – закрепило за самим словом «богатырь» представление именно о русских, а не каких-то иных богатырях.
На народных гуляньях в честь коронации Александра III в 1883 году состоялось карнавальное шествие «Весна Красна», восхитившее зрителей необычностью и нарядностью костюмов. Первыми шли герольды в блестящих шлемах и латах с золочеными крыльями, далее следовала колесница императрицы в сопровождении пчел (олицетворение труда и пользы); за нею шагали богатырь Микула Селянинович, окруженный муравьями (земледельческая сила), и богатыри земли Русской во главе с Ильей Муромцем; Царь-Девица на колеснице Весны символизировала обновление природы, а Змей Горыныч, которого поражал на глазах у зевак Добрыня Никитич, воплощал искоренение зла.
Богатыри, как мы видим, полноценно влились в русскую культуру, которая к тому времени стремительно сокращала прежний разрыв между двумя культурами в одной стране и становилась общей.
В литературе и живописи, а также в государственной пропаганде и политике богатырский образ – образ победителя и защитника Отечества – прочно вошел в состав символического набора признаков «русскости» и превратился в национальное достояние. Интересно, что над этим достоянием дозволялось и осторожно пошутить – так, в либретто В. А. Крылова к опере-фарс А. П. Бородина «Богатыри» 1867 года были выведены «псевдо-богатыри» с говорящими именами Авоська, Небоська, Чудила и Купила, выдававшие себя за подлинных богатырей.
Почитание богатырства продолжалось до Первой мировой войны, в годы которой «русские чудо-богатыри» сделались буквально вездесущими – они шествовали по страницам книг и брошюр, смотрели с картин, плакатов и открыток, их изображали на посуде и на декоративных изделиях, именами богатырей называли корабли и самолеты. А затем случилась Октябрьская революция 1917 года, которая отменила очень и очень многое из наследия «царского режима» – среди прочего она отменила и богатырей.
Для многих революционеров богатыри были, во-первых, «старорежимным элементом», поскольку принадлежали прошлому, которое следовало, цитируя лозунг тех лет, «сбросить с корабля современности»; во-вторых, «элементом чужеродным», поскольку они побеждали с Божьей помощью (а Бога тоже отменили) и вели себя, по выражению В. И. Ленина, как великорусские шовинисты, защищая Русскую землю и русский народ; в-третьих, «мистическим элементом», ведь в былинах и особенно в сказках богатырей сопровождали разнообразные чудеса, а советская идеология не признавала «нелепых чудес» и отстаивала только чудеса науки. По всем этим причинам русских богатырей при новой власти просто-напросто запретили, допускалось только их высмеивать как «пережитки старины».
