Кахан бросил на монашку суровый взгляд, но она с огромным интересом разглядывала куст, приподнимая листья, чтобы выяснить, кто под ним живет.
– Лес не станет о нас заботиться, Венн. Во всяком случае, на уровне нашего понимания.
– А я думаю, что ты ошибаешься, – возразил Венн. – И форестолы действительно ушли. – Венн заговорил громче, он был чем-то недоволен.
– Ты совсем недавно начал сталкиваться с подобными вещами, Венн. – Гнев в нем продолжал тлеть, и Кахану пришлось приложить усилия, чтобы не говорить громче. – Возможно, ты не настолько контролируешь события, как тебе кажется.
Кахан опустился на одно колено и приложил руку к земле, пытаясь отыскать связь с паутиной Раньи, и какая-то его часть испытывала гнев из-за того, что он с такой готовностью к ней обратился. Он решил, что обязательно поговорит с монашкой, когда они окажутся вдвоем. Кахан винил ее в том, что Венн его не слушал. Паутина присутствовала, но ему было трудно к ней прикоснуться. Он сделал глубокий вдох. Постарался успокоиться, погасить горевший внутри огонь. Его питал страх, страх и тревога.
Падение.
Вверх.
Жизнь вокруг. Сотня, тысяча, миллион связей. И каждая – яркая, как огонь. У него возникло ощущение, что он смотрит вниз с ночного неба, – нет, словно стал его частью. Путешествует по нему. Деревья, растения, жизнь. И они в центре, как яркие точки. Расширяющийся круг, растущий вокруг них, точно взрыв. Корнинги, напуганные голосом Венна.
Еще дальше четыре световых точки, медленно тускнеющие, беспокоящие лес по мере того, как они удаляются, явно не принадлежащие этому месту; Дайон и его отряд, направляющийся в сторону Харншпиля – там им не суждено найти ничего хорошего. Теперь они не его забота. Паутина вращалась вокруг них, вызывая головокружение, наполняя его, давая вкус, зрение и звук в серебристо-черных тонах. Там что-то находилось, то, чего он не мог понять, подобно эху, но не звук.
Как память.
Но не форестолы. От них не осталось даже следа.
Кахан оторвал руку от земли, и на миг паутина Раньи повисла над Вудэджем и вокруг него. Он видел жизнь, подобно линиям, проходящим через все живое.
Он почувствовал огромную сеть грибницы под ногами и еще дальше что-то неправильное, что-то…
– Ты их нашел? – спросил Венн. Его выбросило из паутины. Трион выглядел довольным собой. – Ты их не нашел, верно?
– Верно, – сказал Кахан. – Должно быть, это какой-то фокус форестолов. Я их не почувствовал, когда они привели в действие свою ловушку.
– Они прячутся? – спросил Венн. – Как ты нас спрятал от хеттонов?
– Конечно нет, – ответил он, стряхивая с рук землю.
– Для этого тебе требуется капюшон.
Венн был расстроен, и Кахану снова показалось, что у него есть преимущество, перед тем как понял нечто, о чем никогда не думал.
Если бы он не знал, что у Венна есть капюшон, он бы не догадался. Он не почувствовал его в нем, когда встретился с Рэями. И форестолы действительно исчезли. Теперь возникали возможности, которых он не понимал и о которых даже думать не хотел.
– Форестолы живут в Вирдвуде многие поколения, – сказал он. – Кто знает, какими фокусами они овладели и как близко их подпускают к себе великие деревья. – Венн и Юдинни не сводили с него глаз. – Подумайте об этом, постарайтесь мне помочь.
– В чем именно?
– Я ищу растения и кусты, – сказал Кахан.
– Кахан, мы окружены растениями и кустами, – заметила Юдинни.
Кахан даже не посмотрел в ее сторону.
– Вы знаете, что такое короно-древо?
Они так на него посмотрели, что у него не осталось никаких сомнений – они понятия не имели.
Он вздохнул:
– Это небольшое дерево, куст. Круглый ствол, высотой с мое колено, у него длинные ветки – целые сотни.
– О! – На лице Юдинни появилась улыбка. – И каждая кончается парой листьев? А когда дует ветер, ветки громко стучат друг о друга?
– Да, – сказал он. – Именно так.
– Я знаю такой куст, – сказала Юдинни.
– Хорошо, – кивнул он. – Постарайся его не пропустить. Я ищу короно-древо и крест-кусты, ты их знаешь? – Юдинни кивнула, но Венн бросил на него недоуменный взгляд. – Это куст, Венн, его называют «крест», потому что внешние ветви перекрещиваются, чтобы создать клетку для внутренних листьев. Но сейчас внутреннее растение будет трудно увидеть, оно окружено листвой. Внешние листья ярко-красного цвета.
– Их будет нетрудно найти, – сказал Венн.
– Это ты так думаешь, – он огляделся по сторонам, – а мне пока не повезло.
Они продолжали идти в сторону Харна, пока Юдинни не остановилась.
– Смотрите! – воскликнула она. – Кажется это крест-куст? – Она указала между деревьями, все остановились, и Кахан услышал негромкий стук ветвей.
– Да, это он, идите за мной, – сказал он.
Кахан побежал к крест-кусту, возбужденный Сегур прыжками мчался за ним. Сотни прямых ветвей росли из общего ствола.
