Осторожно, словно боясь раздавить, он взялся за тонкое изогнутое ушко чашки и поднес её к лицу, принюхиваясь. Сара кивнула и перечислила, загибая для наглядности пальцы:
— Кухня, Машику, Матеуш.
— Матеуш?
— Да. Не знаю, как у Вас это получилось, но вместо неприступной зануды, которая три месяца притворялась моим ребенком, из порта вернулся мой сын. Настоящий, прежний сын! Вы обладаете какой-то магией!
Виктор сделал глоток и коротко посмаковал кофе, шевеля губами и заглядывая в чашку. А потом улыбнулся:
— Вы не соврали: кофе отменный. И это магия отданного на растерзание детям штурвала, а не моя.
— Да? — Сара придвинула ближе к Виктору блюдце с десертом. — Если это штурвал, тогда почему я со вторника постоянно слышу Ваше имя?
Он хохотнул и собирался что-то ответить, но над ними скрипнуло, распахиваясь, окно, и в нем появилась Фернанда с объемным мотком махрового полотенца на голове.
— Сара? Привет!
— Привет, — отозвалась она, заслоняясь чашкой и улыбаясь удивленному выражению Виктора.
— У тебя сегодня выходной, да?
— Верно.
Девочка повисла на подоконнике, широко скалясь и приподнимая брови.
— То есть ты свободна? — Заключила она довольно. — Может, мы сможем сегодня заняться джинсами? Ну, ты помнишь…
— Да, можем попробовать.
— Круто! — взвизгнула Фернанда. — Тогда я сейчас высушу волосы и спущусь.
И захлопнула за собой окно, исчезая обратно в комнату. Сара опустила голову и повернулась к Виктору. Он замер с кексом в руке и недоумением во взгляде.
— И Вы ещё говорите мне что-то про магию, — упрекнул он. — Я что-то пропустил?
— Не много, — отмахнулась Сара.
— Ладно. Раз Вы теперь такие подружки с моей дочерью, может, мы тоже перейдем на «ты»? — предложил, опустив взгляд и сосредоточено отворачивая от кекса пергаментную обертку, Виктор.
— Поддерживаю.
Она улыбнулась, сделала большой, вяжущий глоток и встрепенулась:
— Кстати, как ты себя чувствуешь?
Откусив от кекса, Виктор лишь молча нахмурился в недоумении.
— Просто ты так отбивался от приглашения на кофе, словно опасался, что я собираюсь тебя отравить, — манерно оттопырив мизинец, она подняла чашку и поверх неё зловеще осклабилась. — Собственно, теперь, когда мне это удалось, меня интересует, как ты себя чувствуешь?
— У тебя все шутки связаны со смертью? — улыбнулся он, запивая шоколадный десерт горьким кофе.
— Нет, только лучшие из них. Между прочим, я в университете хотела быть патологоанатомом.
Виктор хохотнул, отправляя последний кусочек кекса в рот. Смяв в кулаке опустевшую пергаментную формочку, он снова потянулся к тарелке.
— Зря не стала, — ответил он и кивнул на новый кекс в своей руке. — Это очень вкусно!
— Спасибо, сама пекла, — сообщила Сара и коротко смущенно улыбнулась, а потом снова посерьезнела. — Ты бы так на них не налегал. Мышьяк, знаешь ли, имеет свойство накапливаться в организме.
Виктор Фонеска прыснул со смеху. Он захохотал, заслоняя ладонью наполненный рот, давясь и кашляя, густо краснея, сгибаясь пополам и судорожно пытаясь вдохнуть. В уголках его глаз собрались искристые капли слёз. Его массивная фигура в пропахшей морем одежде содрогалась.
Сару забавляло и умиляло, как искренне и открыто он реагировал на её дурацкий юмор. В голове снова возникла мысль о том, какой слепой и глупой она была, влюбляясь и надеясь на что-то с доктором Пайва. Как вообще в здравом уме и светлой памяти можно было выбрать Луиша, стального и острого, как скальпель, когда в мире бывают такие теплые и добродушные люди, как Виктор?
========== Глава 5. ==========
Новехонькое футбольное поле с искусственным покрытием, огражденное высокой сеткой и приютившееся между зданием школы и нависающей над ним горой, было небольшим и не рассчитанным на зрителей. Вдоль поля под самим забором поставили несколько лавочек, но они быстро заполнились, а потому многим ученикам и родителям пришлось стоять на поле или за сеткой. Виктору удалось занять себе место на полу возле углового флажка. До линии тут было достаточно места, чтобы разместить ноги с относительным комфортом; никто не ходил мимо и не спотыкался об него; и выход был рядом — сразу по другую сторону поля, достаточно пройти прямо за воротами.
Был полдень субботы, солнце висело прямо над головой, и разогретое его лучами покрытие источало едкий резиновый запах. К нему примешивался доходящий от расположенной неподалеку винокурни сладкий ягодный аромат. С пляжа Алагоа дул легкий солоноватый бриз. Поле и школьный двор вокруг него были заполнены детским визгом и смехом. Прибывшие на футбольный матч родители сновали по территории и постоянно щелкали камерами на своих мобильных телефонах. Финал школьного чемпионата по футболу был важным событием для местных. При относительно немногочисленном населении острова и количестве имеющих футбольные команды школ чемпионат проводился дважды за учебный год. Победители двух финалов — зимнего и летнего — в начале нового учебного года играли между собой за Суперкубок и символический денежный приз. В декабре 2009-го Порту-да-Круш имел все шансы на победу.
