Увы! Кроме истерзанных трупов — головешки и почерневшие закопченные камни. А среди них — человеческие кости. Наконец один из солдат несет к светлейшему князю отчаянно визжащего мальчишку.
— Нашли в кустах, ваша светлость. Чудом спасся.
— Как зовут? — Лин с жалостью смотрит на перепуганного насмерть чумазого и грязного ребенка.
Сердце щемит. Когда-то маленького Лин Вана также подобрали имперские солдаты, в разграбленной деревне почти у самой границы. Лин видел, как убивали его родителей. Но не плакал — смотрел.
Какое-то время у него был шок, и он не мог говорить. Не удивительно, что и мальчишка молчит.
— Давай его сюда, — солдат с удивлением смотрит, как князь сажает грязного орущего ребенка впереди, на своего коня. — Я буду звать тебя Сяоди, пока не заговоришь.
Младший братишка — сяоди. Из таких вот переживших настоящий ад детей вырастают великие воины, если выживет и оправится. Научится мстить с холодной головой. Преданность такого воина не имеет цены. Лин лично будет дрессировать Сяоди. На вид он крепок, хоть и тощ, а ростом невысок.
В его сердце сейчас боль и ненависть.
— Куда ушли пираты? — спрашивает его Лин. — А какую сторону?
Сяоди, молча, машет рукой на восток.
— По этой дороге? — кивок. — Мы их догоним. Терпи.
А дальше бешеная скачка по плохим дорогам. И штурм пиратской крепости. Которая сдается на удивление быстро. А потому что бо́льшая часть пиратов успела уйти на лодках. К своим судам. В море есть целые пиратские острова, где притаился флот грабителей. Кораблей у них — не счесть.
Поэтому необходимо как можно скорее соединиться с флотом имперским.
На пути регулярных войск буддистский монастырь.
— Ваша светлость, солдаты устали. Необходим отдых.
Лин Ван до смерти зол. Пираты избегают сражения! Оставили в крепости горстку людей! А гонец принес весть еще об одном разграбленном и сожженном поместье!
Это похоже на бой с тенью. Она вроде бы перед тобой. Вы с ней — одно целое. Но попробуй ее ударь! Она ни к чему не чувствительна. Истребить ее невозможно, оторвать от себя с силой и растоптать. Так чтобы и следа не осталось! Эти пираты неуловимы!
Сяоди еле дышит. Измученному и истощенному ребенку не под силу такие маршброски.
— Хорошо, — сдается Лин. — Мы здесь задержимся. Надеюсь, монахи нам помогут не только молитвами.
— В этом монастыре великий Мастер ушу. Он учит монахов биться посохом.
— Учит⁈ Монахов⁈ Которые и сами преуспели в боевых искусствах⁈
— Он Великий.
— Я хочу его видеть! О мальчишке позаботься, — на ходу бросает Лин.
Все уже привыкли к тени светлейшего князя, маленькой и тощей. Как прилип к нему Сяоди. Вот и сейчас отчаянно визжит и тянет руки к Лину.
— Не бойся, — с улыбкой оборачивается князь. — Тебя накормят и помоют. Спать будешь в одной комнате со мной.
И Сяоди затихает.
Монастырь большой, а монахов в нем много. Все они готовы послужить освободителям побережья от безжалостных пиратов. Которые и эти стены пытались штурмовать. Но монахи искусные воины. И всегда бьются с холодной головой. Пиратам здесь не обломилось, как сказала бы Мэй Ли.
От нее пока нет вестей. Срочная курьерская почта способна доставить письмо в столицу всего за неделю даже из этих отдаленных мест. Донесения передаются по эстафете, гонцу дают золотой жетон, а на седло вешают желтый флаг.
Государственное дело!
Гонцов срочной почты не трогают даже грабители. Во-первых, у курьеров нет при себе ничего ценного, и денег тоже. О них заботится государство. Во-вторых, за нападение на курьера ждет жестокая расправа. Не просто казнят — колесуют. Разорвут на куски лошадями. А перед этим будут жестоко пытать. Для устрашения, чтобы другим неповадно было. Так что себе дороже.
Монах приводит князя Лин Вана к Учителю. К Великому Мастеру. Который степенно кланяется светлейшему.
— Как ваше имя? — спрашивает он.
— Ци Да Ю.
— Судя по выправке, вы воин, — окидывает его Лин оценивающим взглядом.
— Я родился и вырос в семье военного.
— А ваше воинское звание?
— Генерал.
— Так почему же вы здесь, в монастыре⁈
— Потому что за несколько столетий существования пиратов регулярная армия еще не выиграла у них ни одного сражения. И вам тоже это не удастся.
— Вы, похоже, все знаете о вако.
— Да. Я уже давно в этих краях.
— Бились с ними?
— Да. И не раз.
— И закончили свой путь в монастыре, где учите монахов, как драться с врагами одним лишь посохом. Достойное занятие, — Лин все-таки не удержался от насмешки.
— Для меня — да. Я занимаюсь тем, в чем сам преуспел. Обучаю всех желающих воинскому искусству. Как защититься от врага, если одолеть его невозможно. И рассчитывать на помощь властей бесполезно. Потому что все еще хуже, чем вы думаете. Японские пираты давно уже не японцы. Они говорят на жуткой смеси корейского, китайского и японского языков. А командуют ими коренные китайцы. Уроженцы этих мест. Поэтому вако и неуловимы. Коррупция. Дворянство прогнило насквозь.
— Почему вы не отправили донесение об этом в столицу⁈ — злится Лин.
— Я отправлял, и не раз. В Пекине тоже коррупция.
— Я хочу знать все!
— Боюсь, что правда вас не обрадует.
— Говорите!
