На них заоборачивались другие посетители, обычный шум постоялого двора замер, а после короткой паузы взвился шушуканьем. Сердито засопев, Дженева усилием воли погасила гнев и одела на себя позу бесцветной скромности. Зеваки, на глазах теряя к ней интерес, стали отворачиваться.
– И Юз тоже, – добавила она, когда молчание собеседника показалось ей затянувшимся.
Тот наконец пошевелился.
– Ну что сделано, то сделано. Передавай привет Юзу. Миррамату. И всем остальным. Я вас часто вспоминаю. Хорошее было времечко.
– Подожди, ты куда? Мы и не поговорили толком.
– Извини. Но мне уже пора.
Поёрзав на своём сиденье, Керинелл встал. Потом наклонился за шляпой, принялся
расправлять её, потом что-то неуклюже поправлял на поясе… И всё время, пока он не скрылся за калиткой, Дженева не могла отделаться от ощущения, что он одновременно и спешит с уходом, и затягивает его…
Кастема приехал через неделю после её поездки за припасами. Дженева встретила его с заплаканными глазами.
– Что случилось? – без приветствия спросил чародей.
– Миррамат исчез. Его Лань здесь, а его самого нет, – хлюпнула она и, увидев окаменевшее лицо Кастемы, в голос разрыдалась.
Он ушёл не предупредив, не попрощавшись, не оставив записки. Просто три дня назад Дженева нашла в окошке его прошлый обед. Нетронутый. Она поменяла еду на новую, на всякий случай погремев миской и продвинув её подальше.
Назавтра её ждала картина ссохшейся горки каши. Дженева закусила губу: ладно, у посидельца мог пропасть аппетит, но так ведь и вода оказалась нетронутой!
Дженева постучала условным сигналом. Ответа не услышала. Тщательно обыскала местность, не закатился ли куда красный камешек – оговоренный знак, который должен был подать ей Миррамат, если бы ему вдруг оказалась нужна её помощь. Около полудня не выдержала и вошла в его закуток.
Потом до темноты бродила окрестностями, ожидая, что он вот-вот появится. Что ему
просто надоело сидеть и он вышел погулять. Или что он лунатик, вышел ночью в лес и заблудился. Или что он хоть и сбежал, но потом передумал и решил вернуться. Или… Дженева никогда не думала, как много подходящих объяснений она способна придумать.
Но ни одно из них так и не оправдалось.
– Я боялся, что этим и кончится, – подытожил Кастема сбивчивый рассказ Дженевы и наотрез отказался что-либо объяснять ей.
И не успела успокоиться, как получила второй удар. Отсутствие Юза. Которое означало не то, что он отстал по дороге, а то, что он сюда вообще не приедет.
– Я оставил его в Бездомье. Так будет больше толку, – коротко бросил Кастема и, приказав Дженеве никуда не уходить, целенаправленно отправился в лес. Когда он скрылся за деревьями, она сообразила: Кастема выбрал тропинку, которая вела к колодцу чародеев. Дженева приободрилась – по крайней мере, это обещало хоть какую-то надежду по отношению к исчезновению Миррамата. Она хорошо помнила ощущение таинственной и глубокой силы колодца; не может быть, чтобы Кастема не смог там что-то сделать, не смог вернуть беглеца!..
Но Юз, Юз… Боль от несбывшегося, неутолённого ожидания ударила физически. Скукожившись, обхватив живот руками, Дженева сидела на поваленном дереве и тихонько скулила.
В лесу поднялся ветер, замахал ветвями деревьев, принес крупные капли дождя. Дженева откровенно перетрусила: впечатление было такое, что это не обычная осенняя буря, а лес ожил и теперь не по-человечески сердито гудит.
Очень скоро вернулся Кастема. Дженева бросилась к нему, под его защиту, но
увидев выражение его глаз, успокоилась сама: что бы там ни было, но задумчиво-сосредоточенный вид Кастемы никак не соответствовал гудящей вокруг неразумной стихии. И если Кастема мог не пугаться невесть чему сердившегося леса, значит и она тоже способна на это.
– Дождь хлынет, – поднял чародей взгляд к темнеющему небу. – Идём под крышу.
– Что Миррамат? Ты что-то увидел о нём?
– Да. Теперь наши пути разошлись окончательно. Всё, теперь у него свой путь.
– И… больше ничего?
– Этого хватит.
В доме Кастема попросил её сделать чай погорячее. Пока она возилась с печкой и гремела чайником, он перелистывал какие-то свои записи. За окном шёл дождь, сбивая на землю жёлтые листья, превращая тропинки в грязь, а золотую осень – в унылую беспогодицу.
– Так что там с Мирраматом?
– Миррамат отрезанный ломоть, – терпеливо повторил Кастема. – Всё. У нас, возможно, появится новый ученик. Но это пока не точно. А мы подождём, когда стихнет дождь, и отправимся отсюда. Не самое лучшее время для путешествий, но таки придётся. Тебя тоже надо будет познакомить с теми, кто живёт в Бездомном лесу.
Дженева чуть не уронила чайник: значит, она скоро увидится с Юзом!
– А я видела недавно Керинелла. Не поверить, но он стал домохозяином!
– Это хорошо… Он всегда производил впечатление человека, который знает, чего хочет. Порежь-ка ещё сыра.
– А что такое Бездомье? Я слышала много разного о тамошних… э-э… обитателях. Как тогда говорил Жоани? «Нормальным людям там делать нечего. Точка».
