Валерка до сих пор держал холодильник наклоненным. А соседка руками развела.
– Зачем? Вы же приходить будете, кормить…
Валерка так изумился, что холодильник отпустил, и тот на место встал, с грохотом…
– А я думал, мы его себе заберем. Мам? Чего ему тут одному?
– Мама! Давай заберем!
– Мам, я с собакой справлялся, чего там с этим котом вообще!
– Ну мама!
– Мам! Я с Аркашкой справлялся! Чего там этот кот!
– Наташечка, правда, возьмите вы кота! Не подойдет, всегда успеете отдать. А тут, видишь… И у Кости всегда и коты были, и собака…
Мама кивнула.
– Собаку я застала. Валерка с ней ходить учился. А потом Аркаша!
– Да? Мам, а я не помню.
– Еще бы ты помнил!
– Мам, ну вот видишь, давай заберем!
– Ну, достанете – заберем, конечно. Чего ему тут одному…
Мама сейчас говорила как Валерка. Той же фразой. А в тексте если одну фразу дважды говорят, значит, это важное очень. Автор привлекает внимание. Специальный художественный прием. Хинт[7] такой!
С таким легко победить!
А вот кота из-под ванны вынимать трудно.
Валерка сказал:
– Давайте я за ним через пару часов приду, а то он совсем запуганный.
Мама сразу сказала, что коту вредно нервничать.
Аркаша добавил, для верности:
– Это вредно для кота, перетаскивать кота. Мам, а кота будут звать Кот?
– Посмотрим, как отзовется… Вы не знаете, как его… жильцы раньше звали?
Мама не сказала «хозяева» или «бывшие хозяева». Аркаша бы тоже так не сказал.
Соседка вспомнила, что кота раньше звали Рыжий. И пошла в комнату, окно мыть.
Мама сказала, что кота так звать нельзя. Аркаша не понял почему…
– Мам!
– Нет, нельзя!
– А почему нельзя?
– Потому что папу так звали.
– Он же Костя!
– Он всю жизнь Рыжий был! И в школе, и в институте. И в «Живом Журнале»[8]!
Валерка перебил:
– Рыжий… Надо, чтобы по звуку было похоже, чтобы он отозвался.
И Аркаша перебил!
– И надо, чтобы имя про кота было! Какой он еще, если не рыжий?
– Как имбирное печенье.
– Имбирь… Джинжер…
– Инжир!
– Нет, жер, жир…
– Он же не жирный. Он рыжий!
И Аркаша вдруг всё понял, догадался!
– Джем. Абрикосовый! Он рыжий! Оранжевый! Джем!
Это про те звуки! Аллитерация! Как выдры в кедрах… в ведрах! В гетрах!
– Джем! Джем!
Кот под ванной сидел и мяукал, но не вылезал, только скреб когтями по кафелю. Мама ему туда отнесла миску с водой. Валерка сказал, что вечером придет, с котом поговорит. Соседка сказала, что надо купить лекарство от глистов. А Аркаша стоял в ванной на четвереньках, светил в щель фонариком от мобильного и повторял:
– Джем! Джем!
Аркаша решил вечером с собой цветной фонарик взять. Может, кот на лучи выманится. Настоящая охота на дикого домашнего кота! И это еще вечер не наступил! Ничего себе суббота! И ведь даже не кончилась.
В кабинете русского на партах свечки горели. Электрические, на батарейках. За окном небо было серое: мокрый снег. Вечер скоро. Уроки кончились, книжный клуб собрался. Аркаша сидел на своем месте, грыз пряник, смотрел на свечку. Вроде урок, а вроде и нет. Можно было сидеть, жевать и слушать, как Леша Васин про книжку рассказывал. Его книжка – про кота! Про рыжего. «Уличный кот по имени Боб». Как один музыкант-наркоман этого кота подобрал и как потом стал о коте заботиться…
Аркаша уже не мог сидеть тихо и жевать спокойно. Потому что у него в субботу тоже кот появился. И тоже рыжий.
И Беззубов прямо сразу закричал:
– А ты что, тоже наркоман?
– Да вроде нет.
– А похож!
– Сам похож! Беззубик – наркоман, ля-ля-ля!
– Ну вы что, ну вы совсем!
– Ой, а какой кот? А фото покажи!
– Ой, какой миленький.
– Лапочка какая, я его себе хочу забрать.
– Эй, вы мне дадите дальше рассказывать или нет?
Леша Васин по первой парте своей книгой грохнул. Свечки подпрыгнули. Хорошо, что они электрические, от настоящих бы парта уже загорелась – Васин сильно вдарил. Русалка сразу вмешалась:
– Ну книжку-то за что, Леша?
– А чего они не слушают?
– Сейчас будут слушать. Аркадий, ну что за детский сад… Давай, Леша расскажет про книжку, а ты потом про кота… Книги – это личная история, когда мы про них говорим, мы друг другу доверяем, понимаете? Леша, что в книжке происходит, мы уже поняли. А ты можешь объяснить, про что она? Не о чем, а про что.
– Про кота.
– Да понятно, что про кота. Но ведь любая книга – она для каждого человека о чем-то еще. Для одного про кота, для другого про ответственность, для третьего – про надежду.
– А если всё сразу?
– Можно всё сразу.
– А если про меня?
– Ну и хорошо.
– А если для меня ни про что?
– Так тоже бывает. Не бывает книги, которая всем бы подошла и всех бы устроила.
– Ну Екатерина Олеговна, ну как же так? А если это Библия?
– Так в мире разные религии. У разных конфессий могут быть разные священные книги.
– А если я книгу про себя напишу, она ведь тоже будет про меня…
Аркаша сам не понял, как он это сказал.
– Да напиши, конечно. Любой из вас может написать про себя книгу. Знаете какую? Личный дневник. И будет след…