Договорить Фазлитдин не успел, поскольку из калитки вышли Абдулло и Холик, и направились к машине.
Фазлитдин быстро спрятал пистолет и сел смирно. Абдулло, подойдя, одним строгим взглядом прогнал его со своего места на заднее сиденье и, обращаясь к Сергею, спросил:
– Ты знаешь новостройку у деревни Исаково?
– Ездил туда пару раз, но дорога очень плохая, всю самосвалами разбили, можем и застрять.
– Поехали!
Когда машина тронулась, Фазлитдин начал что-то на своём языке говорить Холику, всё время при этом странно хихикая. Абдулло, обернувшись, зло шикнул на него, и Фазлитдин сразу заткнулся. Только тут Сергей сообразил, что парень под наркотиками, поэтому и болтает без умолку, и хвастается тем, что лучше было бы не показывать.
Абдулло велел остановить машину на окраине строящегося посёлка за коробкой будущего коттеджа. Потом Абдулло молча вынул из сумки полевой бинокль и начал наблюдать за дорогой к въезду на стройку. В машине стояла полная тишина. Прошло около получаса, когда Абдулло вдруг вздрогнул и, коротко позвав за собой Холика и Фазлитдина, выскочил из машины и побежал к стоящему неподалёку вагончику-бытовке.
Сергей видел, что все трое забежали в вагончик. Едва за ними закрылась дверь, показались потрепанные синие «Жигули». Из приехавшей машины вылезли трое мужчин, по виду обычные строители-таджики, и тоже направились в вагончик. В руках у двоих Сергей заметил большие тёмные сумки.
Через пару минут Сергей услышал несколько негромких хлопков, а затем из вагончика появились его пассажиры и тёмные сумки были уже в их руках. Сумки бросили в багажник, и Сергей, не ожидая команды, стараясь не забуксовать в глубокой колее, погнал машину к выезду на асфальтированную дорогу. В зеркало заднего вида он рассмотрел, что над вагончиком поднимается столб серого дыма.
Повинуясь знакам Абдулло, Сергей притормаживал у автобусных остановок, и Холик с Фазлитдином по одному покинули машину, чтобы далее добираться самостоятельно. Сам Абдулло вышел неподалёку от платформы пригородной электрички, наказав Сергею попетлять по району и потом привезти сумки к нему домой.
Оставшись один в салоне, Сергей привычно управлял машиной, но успокоиться не мог. Было понятно, что совершено очередное ограбление, которое завершилось, скорее всего, смертью тех троих, что приехали на «Жигулях». Иначе, для чего было вагончик поджигать? Но эти-то три таджика явно были единоверцы, зачем Абдулло понадобилось их убивать? В голове это не укладывалось, и Сергей твердо решил, приехав, напрямую спросить об этом у Абдулло.
Дожидаться пока Абдулло доберётся до своего дома на перекладных, пришлось часа три. Ни Холик, ни Фазлитдин так и не появились, значит, Абдулло спланировал для них другие маршруты отхода.
Сергей по знаку Абдулло втащил обе сумки в дом. Абдулло, сев на стул, расстегнул верхний клапан первой сумки. Сергей ожидал увидеть в ней что-то ценное, но до самого дна в сумке лежали заляпанные цементом спецовки и кирзовые рабочие сапоги. Абдулло резким движением ноги подтянул вторую сумку и, рванув на себя «молнию» застёжки, вывалил содержимое на пол. Несколько батонов белого хлеба, упаковки макарон и пачки сахара вывалились к ногам Абдулло. Он судорожно потряс сумку, надеясь, что в ней что-то осталось, но напрасно, она оказалась пуста.
Сергей по виду Абдулло понял, что тот просто раздавлен неудачей и едва сдерживается, чтобы не сорваться на крик. В такой момент задавать свои вопросы ему как-то не захотелось. Но Абдулло пересилил себя и задал вопрос сам:
–Ты хотел меня о чём-то спросить?
– Зачем нужно забирать три жизни своих единоверцев, тем более, что и результата никакого нет?
– Ошибаешься, четыре жизни, – глухо произнёс Абдулло, – четвёртый был в вагончике. И ещё раз ошибаешься, что мы единоверцы. Они заблудшие многобожники. Наш долг вести джихад против таких неистинных мусульман, также, как и против неверных. Не позволит Аллах, чтобы им текло мёдом и молоком, а нам страданиями и кровью. Смерть им. Наши браться в Сирии открыто сражаются, а мы должны по мере сил помогать пожертвованиями и сеять здесь ужас именем истинного ислама. А тот, кто обманул нас сегодня, сказав, что в сумках будет много денег для строительства, завтра дорого заплатит за свой лживый язык. Что ещё ты хотел узнать?
– Да нет, ничего, – растерянно отозвался Сергей, ощутивший вдруг всей кожей насколько опасен сидящий перед ним человек, и как тонка в сознании Абдулло грань, отделяющая жизнь людей от их смерти. Боясь что-то произнести, Сергей стоял молча.
Абдулло долго сидел, погружённый в свои мысли, а потом плавным жестом показал, что Сергей может ехать.
Сергей, как в столбняке, вышел к машине и, стараясь ни о чём не думать, поехал к себе домой.
Игорь Климов с трудом привыкал к своей новой роли члена следственной группы. Перенаселенная чиновниками всех рангов высотка, в которой располагалось и главное следственное управление, жила своей особой жизнью.
