Каменные блоки вокруг двери заскрипели и заскрежетали. Коричнево-зеленый верещатник понесся мимо с бешеной скоростью. Рука-палка пугала грохнула в дверь, а потом процарапала по стене, когда замок оставил его позади. Оно крутануло другой рукой и, похоже, попыталось уцепиться за каменную кладку. Оно собиралось приложить все силы, чтобы проникнуть в замок.
Софи захлопнула дверь. Вот доказательство, подумала она, того, как глупо старшему ребенку пытаться найти счастье! Это было то пугало, которого она подняла в живой изгороди по пути к замку. Она шутила с ним. А теперь, будто ее шутки вдохнули в него зловещую жизнь, оно следовало за ней весь путь сюда и пыталось схватить за лицо. Она побежала к окну посмотреть, пытается ли еще существо проникнуть в замок.
Естественно, она увидела только солнечный день в Портхэвене с дюжиной поднимающихся парусов, дюжиной мачт за крышами напротив и кучей чаек, круживших в синем небе.
— Вот в чем проблема пребывания в нескольких местах одновременно! — сказала Софи черепу на верстаке.
Затем, совершенно внезапно, она открыла для себя действительно отрицательную сторону старости. Ее сердце подпрыгнуло и немного запнулось, а потом застучало так, будто пыталось вырваться из груди. Оно болело. Софи затрясло, а колени задрожали. Она даже подумала, что, возможно, умирает. Только так она смогла заставить себя добраться до кресла возле огня. Она села там, задыхаясь и схватившись за сердце.
— Какая-то проблема? — спросил Кальцифер.
— Да. С сердцем. У двери было пугало, — задыхаясь, произнесла она.
— Какое отношение имеет пугало к твоему сердцу?
— Оно пыталось пробраться внутрь. Оно жутко напугало меня. И мое сердце… но ты не поймешь, глупый молодой демон! — выдохнула она. — У тебя нет сердца.
— Есть, — ответил Кальцифер так же гордо, как показывал руку. — Внизу, в светящейся части под поленом. И не называй меня молодым. Я на добрый миллион лет старше тебя! Могу я теперь уменьшить скорость замка?
— Только если пугало ушло, — сказала Софи. — Оно ушло?
— Не знаю. Понимаешь, оно не является плотью и кровью. Я говорил тебе, я не могу по-настоящему видеть то, что снаружи.
Софи встала и снова потащилась к двери, чувствуя себя больной. Она медленно и осторожно открыла ее. Крутые зеленые откосы, камни и фиолетовые склоны вихрем проносились мимо, вызывая головокружение, но Софи вцепилась в дверную раму и высунулась наружу посмотреть за стену на верещатник, который они оставляли позади. Пугало находилось примерно в пятидесяти ярдах. Со зловещей храбростью оно прыгало с одной вересковой кочки на другую, держа трепещущие руки-палки под углом для поддержания равновесия на склоне холма. Пока Софи смотрела, оно отстало еще больше. Двигалось оно медленно, но продолжало идти следом. Софи закрыла дверь:
— Оно всё еще там. Прыгает за нами. Давай быстрее.
— Но это расстраивает все мои расчеты, — объяснил Кальцифер. — Я намеревался обогнуть холмы и вернуться туда, где нас оставил Майкл, чтобы успеть забрать его вечером.
— Тогда двигайся вдвое быстрее и обогни холмы дважды. Пока это жуткое существо не отстанет! — сказала Софи.
— Какая суета! — проворчал Кальцифер.
Но увеличил скорость. Софи впервые по-настоящему почувствовала, как замок грохочет вокруг нее, когда сидела, забившись в кресло и думая, не умирает ли она. Она не хотела пока умирать — не раньше, чем поговорит с Мартой.
Постепенно из-за скорости всё в замке начало трястись. Бутылки звякали. Череп гремел на верстаке. Софи слышала, как вещи падают с полки в ванной и шлепаются в ванну, где всё еще отмокал серебристо-голубой костюм Хаула. Почувствовав себя немного лучше, она снова подтащилась к двери и выглянула наружу. Ветер развевал ее волосы. Земля внизу проносилась мимо. Казалось, холмы медленно кружатся, когда замок мчался среди них. Скрежет и грохот едва не оглушили ее, а дым взрывами вырывался позади. Но пугало к этому моменту стало крошечным черным пятном на далеком склоне. Когда Софи посмотрела в следующий раз, оно полностью исчезло из виду.
— Хорошо. Теперь я остановлюсь на ночь, — сказал Кальцифер. — Мне пришлось напрячь все силы.
Грохот стих. Вещи перестали качаться. Кальцифер заснул, как это делает огонь: впитавшись в поленья, пока они не стали розовыми валиками, покрытыми белым пеплом, лишь с проблеском синего и зеленого глубоко внизу.
К этому моменту Софи уже снова взбодрилась. Она пошла в ванную и выудила шесть пакетиков и бутылочку из слизистой воды в ванне. Пакетики промокли насквозь. После вчерашнего она не осмелилась оставить их в таком состоянии, поэтому положила их на пол и очень осторожно посыпала веществом из бутылки с этикеткой «ПУРГА ДЛЯ СУШКИ». Они высохли почти мгновенно. Это обнадеживало. Софи спустила воду из ванны и испробовала ПУРГУ на костюме Хаула. Он тоже высох. Он по-прежнему был в зеленых пятнах и гораздо меньше размером, чем раньше, но Софи повеселела, поскольку хоть что-то смогла сделать правильно.
