Когда Цинтун пришел забирать Куйхуа с занятий, то почувствовал, что дети ведут себя не так, как прежде. Настроение у них было таким радостным, как будто скоро наступит Новый год. Только его младшая сестра пребывала в унынии.
Куйхуа, сидевшая на спине буйвола, на пути домой увидела солнце, которое должно было вскоре погрузиться в воду на западе. Это солнце было таким же большим, как бамбуковый поднос. Ярко-красное, оно тихо горело на закате. Белоснежный пух семян камыша был окрашен красным и сиял в сумерках, как многочисленные факелы.
Замерев от восторга, Куйхуа смотрела на эту картину.
Цинтун вел буйвола и все время думал о том, что могло произойти с его сестрой. Он время от времени поднимал голову, чтобы посмотреть на Куйхуа. Она улыбалась ему, а потом указывала на запад и говорила: «Брат, там дикая утка приземлилась!»
Когда они пришли домой, уже стемнело. Отец и мать только вернулись с полевых работ. Увидев своих уставших и изнемогающих от жажды родителей, Куйхуа пошла набрать в чан воды. Она отдала его матери. Мать сделала несколько глотков и передала чан отцу. Мать считала Куйхуа умной девочкой. Она завернула уголок одежды и вытерла пот с лица дочери.
Все было как и в прежние вечера. Семья в полумраке ела жидкую кашу. Во время ужина Куйхуа рассказывала интересные истории, которые произошли за день в школе. Взрослые смеялись.
Цинтун, взяв тарелку с кашей, сел на порог. В небе висела бледная луна. Каша была очень жидкой. Отражаясь в чашке, луна одиноко колыхалась.
На следующий день после полудня из поселка Юмади пришел, прихрамывая, дядюшка Лю из фотоателье. С аппаратурой на спине он подошел к воротам начальной школы деревни Дамайди.
– Хромой дядюшка Лю пришел! – оповестил всех ребенок, который первый увидел фотографа.
– Дядюшка Лю!
Как только пришел фотограф, все сразу забыли об уроках. Все аудитории были похожи на открытые загоны для баранов. Бараны, которые хотели попробовать молодую траву, шумели и выбегали из своих стойл. Столы вмиг были перевернуты и свалены в одном месте. Несколько мальчиков увидели, что выход перегорожен. Поэтому они открыли окна и выпрыгнули на улицу.
– Хромой дядюшка Лю пришел! – кричали все.
Фотограф Лю не рассердился, услышав, как дети его называют. Он действительно был хромым. Его фотоателье в поселке Юмади было единственным во всей округе. Он постоянно работал в своем ателье, но в течение года фотограф выбирал несколько недель, чтобы посетить деревни и поселки рядом с Юмади и заработать себе на хлеб. Он работал один, но если он приезжал в какое-либо место, то казалось, что на гастроли приехал театр или цирк. Дядюшка Лю всегда приносил с собой праздник. Он работал в основном со школами. Некоторые деревенские девушки знали об этом и тоже приходили в школу. Он мог между фотографированием учителей и учеников сделать несколько снимков для этих девушек. Цена таких фотографий была ниже, чем в его фотоателье.
Последовательность его работы в школах была следующей. Сначала он фотографировал учителей, затем – детей. Учеников он фотографировал классами. Дети стояли в очереди. Если нарушался порядок, дядюшка Лю брал черную материю, опускал ее вниз и заслонял объектив. Он говорил всем: «Не буду фотографировать!» После этого один из учителей восстанавливал нарушенный порядок.
Если фотосессия проходила правильно, довольный дядюшка Лю старался сделать очень качественные фотографии. После установки громоздкого фотоаппарата фотограф без отдыха работал и постоянно командовал: «Сначала фотографируется та девушка! Следующий! Следующий! Немного боком повернись! Голову подними! Не вытягивай шею! Ты что, ее отлежал?» Если человек неправильно сидел, он, прихрамывая, подходил и поворачивал его, поправлял положение шеи, чтобы его образ нравился фотографу.
Хромой фотограф Лю приносил радость и веселье ученикам и учителям школы.
Большинство детей собирали деньги на один снимок. Однако некоторые могли позволить себе даже две или три фотографии.
Фотограф Лю был очень веселым. Он все громче подзывал детей, его слова были все интереснее. Время от времени все хохотали над ним.
Куйхуа все это время сидела в классе. Она слышала восторженные возгласы людей. Одна девочка вернулась в класс взять какую-то вещь и, увидев Куйхуа, спросила: «Почему ты не идешь фотографироваться?» Куйхуа уклонилась от ответа.
К счастью, мысли девочки были заняты только поиском своей вещи. Найдя ее, она выбежала из класса.
Куйхуа боялась, что еще кто-нибудь ее увидит, поэтому она тут же выбежала через заднюю дверь класса. Она увидела, что во дворе школы повсюду стояли люди. Но никто не обратил на нее внимания. Девочка прошла вдоль школы и быстро скрылась из поля зрения детей, а потом дошла до густой бамбуковой рощи. Радостного смеха здесь уже не было слышно.
Куйхуа пробыла в этой роще до тех пор, пока в школьном дворе не стало тихо. Когда она подошла к школьным воротам, то Цинтун уже пришел за ней и встревоженно ее искал. Увидев Цинтуна, Куйхуа тихим голосом начала петь песню, которую узнала у бабушки: