Куйхуа тянула бабушку за край одежды и выглядела немного испуганной. Вчера вечером она еще спрашивала бабушку о том, когда саранча прилетит в деревню Дамайди. Сейчас она поняла, что саранча спускается. Это была беда!
Звуки движения крыльев саранчи становились громче. Когда саранчу отделяла от земли высота около 7 метров, то люди не могли выдержать жужжание этого насекомого. В этом звуке, казалось, был металлический оттенок. Он был похож на игру на щипковом инструменте.
Вскоре насекомые, словно капли дождя, опустились на камыш, на деревья, на посевы. В небе появлялись все новые скопления саранчи.
Дети мчались в потоках саранчи. Саранча постоянно ударялась об их лица. От этого их лица немного немели.
Эти темно-желтые насекомые садились на глинозем. Они сливались с ним по цвету. Во время полета были видны их ярко-красные нижние крылья. Они были похожи на брызги крови в небе и в тоже время напоминали многочисленные мелкие цветы. Насекомые не издавали звуков. После приземления они стали уничтожать все, что попадалось им на пути.
Повсюду были слышны звуки капель дождя, которые падали на сено.
Цинтун взял большую метлу и начал сбивать саранчу в воздухе. Но саранча была словно бурная река: поток не останавливался. Цинтун сбивал саранчу некоторое время, но потом понял, что это бесполезно. Он отбросил метлу и, обессиленный, сел на землю.
Каждая семья вернулась к своим земельным наделам. Никто не боролся за землю общего пользования. Люди пытались сохранить собственные посевы зерновых культур. Все члены семей размахивали метлами или одеждой, кричали, прикладывали все силы, чтобы выгнать саранчу. Но вскоре они поняли, что все бесполезно и перестали бороться. Скопления саранчи спускались друг за другом и вовсе не обращали внимания на размахивание метлами и одеждой. Огромное количество саранчи погибло, но новые особи, словно прилив, прибывали к земельным наделам.
Некоторые люди начали плакать.
Дети деревни Дамайди вовсе не испытывали эмоционального возбуждения. Некоторые только пугались. Они подозревали, что эти насекомые после уничтожения растений могут замахнуться и на человека. Несмотря на то, что взрослые неоднократно говорили о том, что они не едят людей, но у детей были сомнения. Такого рода сомнения возникали из-за безумия, которым были охвачены эти насекомые.
Члены семьи Цинтуна сидели на краю поля и безмолвно смотрели на происходящее.
Саранча уничтожала посевы сурепки и пшеницы. Эти насекомые сначала выгрызали лист пшеницы в зубчатой форме, а потом принимались и за сами зубцы. У них, казалось, было четкое распределение труда. Кто грызет эту сторону, а кто – другую. После они постепенно собирались в центре листа и через мгновение прекрасный листок исчезал. По краям зигзагообразного рта саранчи стекал зеленый сок растений. Ее задняя часть туловища время от времени поднималась и из нее выходили черно-зеленые испражнения.
Куйхуа поставила подбородок на бабушкино плечо и спокойно смотрела на саранчу.
Постепенно снижались по высоте посевы зерновых культур, камыш и зеленая трава. Листья деревьев исчезли, остались только голые ветки. Дамайди словно погрузилась в холодную зиму.
Несколько десятков пульверизаторов с ядохимикатами людей из школы кадровых работников и жителей Дамайди оказались бесполезными.
Люди, задрав головы, смотрели на небо. Они надеялись, что появятся самолеты с ядохимикатами. Но самолеты не появились. Возможно, с самого начала это всего лишь был слух.
Когда саранча покидала здешние места, она будто услышала единый приказ. В одно и то же время они расправили крылья и взлетели в небо. В течение некоторого времени деревня Дамайди была окутана во мрак. Спустя час на границах скопления саранчи стал появляться свет. По мере перемещения саранчи на запад увеличивалась освещаемая территория. В конце концов вся деревня Дамайди была окутана солнечными лучами.
В лучах солнца деревня Дамайди показала свою пустоту, которая заставляла людей горевать.
У большинства семей Дамайди не было запасов продовольствия. Все было просчитано наперед. Зерна в рисовом сосуде достаточно было ровно для того, чтобы прожить до урожая пшеницы. Но сейчас пшеница уничтожена. По мере убывания зерна в сосуде у людей ухудшалось настроение. Все чувствовали себя угнетенными и расстроенными.
Некоторые семьи переехали к дальним родственникам. Некоторые люди оставили пожилых родителей и детей дома, а сами ушли на заработки на водохранилище, которое находилось за двести верст от деревни Дамайди. Один или два подростка тайком от своих родителей уехали в город собирать мусор. Жители деревни Дамайди искали всевозможные выходы из сложившейся ситуации.
Семья Цинтуна, как и большинство жителей, осталась в родной деревне.