Она хотела, чтобы Цинтун попил воды. Но мальчик не согласился, а, обхватив селезня, вновь продолжил свой путь. Старушка отдала ковш с водой Куйхуа. Куйхуа с благодарным видом посмотрела на старушку, взяла ковш с водой, понесла его в руках и последовала за старшим братом. Чистая вода качалась в ковше. Небо и дома, отражаясь в воде, тоже покачивались.
Пройдя все улицы деревни Дамайди, Цинтун опустил голову и окунул лицо в ковш с чистой водой, который находился в руках Куйхуа. Он выпил всю воду до дна.
Много людей окружило их.
Цинтун, обхватив селезня, подошел к берегу реки и отпустил селезня в небо. Селезень хлопал крыльями некоторое время, а потом опустился на реку…
Передали новость: лодка с зерном была разграблена в нескольких деревнях в верхнем течении реки.
Эта новость нанесла огромный удар ожидающим ее жителям деревни Дамайди.
Жители деревни уже не могли больше терпеть. Несколько человек уже падали в обморок от голода.
Люди больше не приходили к берегу ожидать лодку с зерном. Они стали немного подавленными.
Жители деревни ходили по улицам, согнувшись. Никто не хотел разговаривать, а даже если начинали разговор, то он был похож на стоны комаров. Жители деревни Дамайди не пели песен, не ставили спектаклей, не собирались вместе, чтобы послушать чтение книг, не веселились и даже не дрались. Многие люди начали спать, будто хотели проспать сотни и тысячи лет.
Собаки в деревне Дамади ходили по улицам, покачиваясь из стороны в сторону.
Глава деревни был обеспокоен ситуацией. Он затянул пояс. Расхаживая по улицам деревни, он кричал: «Встаем! Встаем!»
Глава деревни вызвал всех жителей на пустырь перед деревней, выстроил их рядами и велел одной учительнице начальной школы возглавить всех для пения. Все должны были петь вдохновляющие и приободряющие песни. Голос у старосты был неблагозвучным, но тот запел первым. Его голос оказался самым громким. Он иногда замолкал и наблюдал за тем, как поют жители деревни. Если он замечал, что кто-то поет без стараний, то сильно его ругал, чтобы тот смог приободриться и продолжить петь с большим вдохновением. Глава деревни кричал: «Что за вид! Выпрямляй поясницу! Выпрямляй! Выпрями так, чтобы она была как дерево!» После этого все жители деревни (и высокие, и низкие) выпрямлялись и превращались в прямые деревья.
Увидев перед собой этот «лес», глава деревни прослезился:
– Потерпите еще немного. Скоро можно будет начать жатву риса!
Голодные жители деревни Дамайди под лучами палящего солнца, надрывая глотку, ревели.
Деревенский староста сказал:
– Это и есть Дамайди!
Деревня Дамайди подвергалась наводнению, пожару. В ней были эпидемии. Здесь проливалась кровь разбойников и японцев. Эта деревня раз за разом терпела бедствия, но она продолжала существовать среди камы-шового болота, а люди продолжали свой род. Дамайди вопреки всему стала большой деревней. Когда утром в каждом доме разжигают печь, и дым валится из труб, то кажется, что небо покрывается пеленой облаков.
Однажды бабушка Цинтуна исчезла. Вся семья искала ее повсюду, но не смогла найти.
Вечером она появилась на дороге, ведущей в деревню.
Она очень медленно шла. Она делала шаг и отдыхала некоторое время.
Она шла, согнув тело, и несла на спине мешок риса.
Вся семья пошла встречать ее.
Она передала мешок с рисом отцу и сказала матери:
– Вечером приготовь еду детям.
Все члены семьи увидели, что у бабушки исчезло сверкающее золотое кольцо.
Никто не спросил ее о кольце.
Цинтун и Куйхуа поддерживали ее с правой и с левой стороны.
На закате ласковые лучи солнца осветили поля и реку…
Через сутки большая лодка с зерном наконец-то причалила к берегу у деревни Дамайди…
Началась жатва. Пришло время сбора нового урожая риса.
В воздухе деревни Дамайди распространялся аромат несобранного риса. Ничто в мире больше не пахнет так.
Отец Цинтуна подгонял буйвола, который тянул каменную мельницу для обмолки риса. Он время от времени приободрял животное песней. Звуки этих песен разносились по осеннему полю, что создавало у людей особое настроение. Рисовые зерна не так просто отходят от стебля в отличие от пшеничного зерна. Для обмолки риса на гумне зачастую требовалось семь-восемь часов. Рис созревает одновременно. Осенью часто идут дожди, поэтому силы всей деревни должны быть активизированы для уборки урожая риса. Людям приходится непрерывно собирать рис, транспортировать его и чистить.
Отец целыми днями и ночами гонял буйвола по колосьям риса.
Буйвол был уже старым. К тому же, он все лето не ел зерна, а только довольствовался зеленой травой. Когда он тянул камень, то было видно, что ему очень тяжело.
Глядя на медленные шаги и исхудалую заднюю часть туловища буйвола, отец жалел зверя. Но у него не было другого выбора. Ему нужно было громко покрикивать на животное, а иногда даже бить плеткой, подгоняя его.
Отец в душе тревожился о животном: «Он не переживет эту зиму!»
Сам он тоже сильно уставал. Он дремал и продолжал следовать за каменным вальком. Он пел песню, чтобы подгонять буйвола и не заснуть самому.