Распахиваю дверь и вместо котят наблюдаю картину маслом: мужчина и женщина, сняв верхнюю одежду, разуваются! Прямо в холле! На мгновение теряю дар речи. Вот почему они не заходят так долго! С трудом заставляю их одеться обратно.
– Холодно ж! – говорю.
Вот это уважение к врачам! А пришли-то всего на вакцинацию кошки! Развожу вакцину, набираю в шприц, грею в руке. Вакцинирую. Оформляю паспорт.
…Дальше приходит трэш по имени «Такса, пожранная большой собакой». Осматриваю сие. Полная «жопа». Причём «жопа» эта находится опять же прямо на жопе. Дыры, везде: хвост, обе задние ноги. Под хвостом – вообще дырища в виде кармана, и туда из жопы же сыплются какахи; несколько дыр располагаются хаотично на спине и животе. Зондирую, изучая глубину: слава Богу, раны на животе не проникающие. Отпускаем хозяйку ждать в холл. Нда… Кто-то творчески поработал над собакой. Фигурно прокомпостировал.
Так, сейчас посмотрим подробнее. Где наша стригучая машинка?
Чем дальше я сбриваю шерсть, тем больше шевелятся волосы на голове, и тем сильнее нарастает паника. Должно быть, я уже зелёная.
Эмма бросает на меня взгляд и предупреждающе говорит:
– Ты – отличный хирург?
Фраза «Я – отличный хирург» – это мой личный аутотренинг. Я всегда говорю её, когда случается какая-нибудь задница, требующая решительности и оперативного вмешательства, причём сделать это нечто нужно быстро и правильно. Ещё бы никакого сосуда не прободяжить и нерва не задеть. Эта фраза, сказанная мной, звучит для Эммы как «да, прямо-таки капец, и я в панике!» А тут она сама это выдаёт, вроде как «я уже поняла, что случай тяжёлый». Прекрасно, Эмма, прекрасно!
Температура сорок. Жижки внутривенно. Даём наркоз. Зондирую тщательнее. Всюду карманы. Отёк. Некроз мышц. За-а-апа-а-ах… УЗИм брюшную полость: мочевой цел, жидкости в брюхе нет…
Пихаю дренажи, зачищаю, удаляю мёртвые ткани, частично сшиваю края. Обкалываю там, где можно антибиотиком; промываем, промываем… Мазь… Будет ли жив хвост – большой вопрос. Ушиваю дыру под хвостом, сделав дренаж с отверстием в нижней точке кармана, чтобы экссудату было куда вытекать. Всё, кажись, справились. Так, собакен, просыпаемся! Защитный воротник.
Зову хозяйку, а она говорит:
– Считайте по полной и как можно больше.
– Э-эм… В смысле? – я поднимаю удивлённое лицо от рабочего журнала, куда в том числе записывается стоимость расходников.
– Хозяин той собаки обещал всё оплатить.
Вот тут я по-настоящему впадаю в шок. А-а-а-а-фи-геть!.. Такое не каждый год встречается! Честно! Даром, что ли, штормовое предупреждение передали на сегодня?
Считаю всё же по прайсу: мало ли, им придётся ещё корректировать лечение. А, судя по всему, придётся и не один раз… В итоге женщина оставляет «на чай» – и это как раз покрывает стоимость теста на иммунодефицит для демонического красавчика Фараона. Отпускаю её.
– Овчарка, повторно, на капельницу, – оглашает Эмма и, открывая дверь: – Заходите.
Мужчина заводит в кабинет худющую, словно велосипед, овчарку. Возраст девять лет. По результатам анализов щелочная фосфатаза зашкаливает, печёночные повышены. Уж не опухолюга ли в печени где, или отравление крысиным ядом… Две недели назад была рвота… Вчера с какого-то рожна началось кровотечение – врач сделала дырку на коже живота, и два дня кровь оттуда сначала лилась, а теперь просто сочится и капает. В назначении её рукой написано: «Прокапать побольше!»
Ставлю собаке капельницу, и, как написано, капаю побольше, изучив в бланке с анализами величину гематокрита, чтобы не перестараться. А то разбавишь так жидкую кровь, и собака в обморок – бац! Один такой случай есть на моей памяти: собака выходила из кабинета после капельницы и прямо на пороге упала в обморок, прекратив дышать. Плохо помню, как неслась в операционную за интубационной трубкой и мешком Амбу, интубировала и дышала за неё. В итоге собаку удалось откачать, но этот случай глубоко запал в память.
– Вы бы на обзорное УЗИ брюшной полости записались, – говорю хозяину овчарки. – И хорошо бы проверять каждый раз кровь на свёртываемость, и содержание глюкозы в крови.
Он молчит. Пишу всё это в назначении.
О-о-очень странный пациент! В такие моменты чувствую себя сыщиком, которому нужно распутать очень сложное дело. Поживём-увидим, что ж. Капельница заканчивается, отключаю, отпускаю их.
В завершение рабочего дня снова берём кровь у Фараона, на иммунодефицит. Поскольку этот тест не особо чувствительный, приходится долго гадать, какой результат получился. В инструкции написано, что если полоска не проявилась в течение десяти минут, то дальнейшие проявления можно уже не оценивать. А если тонкая, едва видимая полоска проявилась через двадцать минут, и все признаки иммунодефицита налицо? Эмма против положительного результата, и это понятно: кто же захочет признать очаровательного Фараона спидозником? Поэтому я выношу вердикт: результат сомнительный. Хотя в душе знаю – причиной генерализованного демодекоза послужил он, иммунодефицит. Для людей это не заразно, но для других котов – да.
