Изучаю её повторные анализы крови. Креатинин, ещё три дня назад нормальный, вдруг выдаёт глобальное повышение, печёночные показатели тоже завышены в несколько раз. Лапы отёкшие – едва нахожу вену, чтобы снова взять кровь. Отёк лап может быть следствием почечной недостаточности и потери белка. Может, это лептоспироз? Пёс привит, но уже давно. Увы, прививка, в состав которой входит лепто, защищает всего на полгода. К тому же штаммы заболевания разные, и мы говорим, что лучше каждый раз менять производителя вакцины, чтобы защитить собаку по максимуму. Или, может, её укусил пироплазмозный клещ? К слову сказать, от клещей собака может заразиться не только пироплазмозом, но и боррелиозом, который проявляется далеко не сразу. Ну и ещё парочкой подобных заболеваний, которые проявляются похожим образом.
Так… Абсцесс, содержимое которого стекает в район живота. Может, крыса с лепто до кучи ещё и укусила собаку? Или это просто некроз тканей из-за отёка? Крысы и мыши заражают лептоспирозом через мочу, просто справив свою нужду рядом с лужей, из которой собака пьёт. Она могла заразиться, просто намочив лапы в этой луже, или же поужинав переносчиком. Или, может, это содоку, «крысиная лихорадка», возникающая от укуса? Возбудители при этом тоже спирохеты, как и у лепто… симптомы похожие… одна сатана.
Лептоспироз без правильно назначенного антибиотика вызывает прогрессирующую почечную недостаточность, так что всё сходится. Ещё и желтуха налицо. Сейчас пёс просто никакущий и, несмотря на это, он пытается меня укусить – лязг зубов раздаётся возле лица с солидным запозданием; легко уворачиваюсь. Моей реакции хватает только потому, что овчар слаб и медлителен.
– Нужно проверить его на лептоспироз, – говорю мужчине.
– Мы уже не хотим ничего лечить или проверять, – отвечает он устало.
Я называю это: «Лимит денег и надежды исчерпал себя». Владельцы отчаиваются, когда ожидаемая сумма денег израсходована, а улучшения нет. Нужно срочно откорректировать лечение, причём без диагноза, – миссия едва ли выполнима. Предположим, это всё-таки лепто или любые другие спирохеты.
– Так, – говорю я, выделяя в голове главную мысль: – Давайте я ему сейчас антибиотик сделаю и вам с собой наберу на вечер и утро. Постарайтесь завтра найти другой антибиотик, в таблетках… – копаюсь в своём блокнотике, где прописаны подобные вещи… Где же он… Ах, вот. – Я напишу, какой. Его надо давать месяц.
– Хорошо, – соглашается мужчина, безнадёжно кивнув головой.
– Кровь, – показываю на собачью кровь, набранную в шприц, – отправляем на лептоспироз?
Мужчина сомневается. Озвучиваю цену. На пироплазмоз бы ещё, но из двух зол приходится выбирать худшее.
– Лептоспироз опасен для человека, – добавляю в качестве аргумента.
– Да, давайте сделаем, – соглашается мужчина, потому как мой аргумент довольно весом.
– Капельницу? – спрашиваю последнее и поспешно опять оглашаю стоимость: так людям обычно легче принимать решение.
Кивает головой. Ну и хорошо. Большего мне и не надо. Подкожно делаю собаке антибиотик, и дальше мы делаем последнюю капельницу, после чего снимаем внутривенный катетер, чтобы отпустить в никуда. Конечно, мы ещё созвонимся, но собаку я, наверное, больше не увижу. Записываю номер телефона. Почему-то мне важно знать, чем закончится эта история. Отпускаю.
…Следующим приходит мужчина с котом. Кот больше напоминает мумию – он тощий, сухой, со впалыми глазами. Слизистые оболочки бледные, изо рта пахнет «зоопарком». Щупаю. Температура на нижней границе нормы.
– Анализ крови нужно делать, – говорю мужчине.
Отказывается. И как я должна диагноз поставить, простите? Глубокий вдох. Так, ладно. Предположим, у кота хроническая почечная недостаточность. Анемия может быть вызвана блохами, гемобартонеллёзом, иммунодефицитом – учитывая, что кот ходил на улицу и дрался там с другими, – и, опять же, почечной недостаточностью крайней степени. Что из всей этой херни лечится?
– Можно поставить внутривенный катетер, и Вы сами будете делать ему препараты дома, – предлагаю следующее, альтернативное.
Все мои вопросы направлены на выяснение: сколько денег хозяин готов потратить на животное, – понятное дело, что прямо спросить я не могу! Он отказывается от курса капельниц. Похоже, тут без вариантов: все хотят один и чудодейственный укольчик. Ага, при ХПН. Укольчик.
– Ладно, давайте однократно внутривенно сделаем хотя бы, – говорю ему.
Наконец-то соглашается хотя бы на это. Пока мы с Эммой делаем коту министруйное вливание, – а большие объёмы вводить струйно это форменный садизм, – с него во все стороны прыгают жирные блохи. В конце вливания мумия начинает шевелиться и шипит на меня. Хороший знак. Может, протянет ещё недельку.
Отпускаю их. Пока никого. Эмма тоже уходит, и я с удовольствием поедаю свой обед. Фараону обламывается кусок чёрного хлеба. Он с аппетитом глотает его, кажется, даже не разжевав, и снова призывно просит есть.
