– Вы его пока в переноску посадите и подождите немного. Мне нужно посовещаться, – говорю я. – Можете присесть.
Соглашаются подождать. Кота, правда, в переноску не прячут, но он никуда и не убегает, будто уже не живой.
С журнальчиком я уединяюсь в ординаторской, где и происходит молниеносное штудирование статей. Весь журнал посвящён болезням печени, и там есть всё: симптомы, дозы, препараты, виды холангитов. Так… Оперативное лечение при портосистемных шунтах у йорков… не то… А, вот, целая статья про холангиты у кошек!
Выясняется даже, что при отравлениях, сопровождаемых холангитом, иногда тоже может быть высокая температура – вот это новость! Значит, высокая температура – не всегда показатель вирусных болезней, и при отравлениях тоже возможна!
Быстро выписываю на листочек препараты, пересчитываю дозы, ищу аналоги в медицинском справочнике. Ординаторская наполняется громким шелестом страниц и моим нетерпеливым сопением.
Подошедшая было Аля с полувзгляда понимает, что сейчас меня лучше не трогать. Она переводит взгляд на монитор, где видно кота Семёна, всё так же неподвижно сидящего на столе и двух его хозяев: женщина сидит на стуле, понурившись, а мужчина стоит рядом. Мой карандаш с хрустом ломается, и Аля молча протягивает мне свою ручку. Беру, автоматически поблагодарив, пишу дальше. «Противопоказания…» Зачёркиваю одни препараты, пишу другие.
Вот… вот… Я назначу ему для аппетита два препарата: один в таблетках, на месяц и другой в уколах. И поменяю антибиотик. Два укола и крошка таблетки в день – нормальный расклад для безнадёжного Семёна и его уже безденежных владельцев. Один из препаратов довольно серьёзный, из-за побочных эффектов я обычно всячески избегаю его в своих «рецептах», поэтому дозу выбираю минимальную из предложенной в журнале. Последний шанс для Семёна с его подтверждённым холангитом и отсутствием желания жить – всяко лучше, чем усыпление.
Возвращаюсь к владельцам обратно с исписанным листком в руках.
Объясняю алгоритм:
– Курс долгий. Препарат резко отменять нельзя. В течение месяца сведёте дозу на «нет» – медленно и постепенно.
Женщина осторожно кивает, разглядывая новое назначение.
– Второй препарат нужно колоть. Смотрите, покажу, как…
Я набираю ампулу в шприц, оттягиваю Семёну кожу на холке и делаю укол, – кот реагирует на введение вяло, немного отодвинувшись вбок. Реакция на этот препарат обычно гораздо более агрессивная.
– Я поняла, – кивает женщина.
Мужчина сажает скрюченного кота в переноску, берёт новое назначение. Обоих, вроде, всё устраивает. Уходят. Я думаю, что больше не увижу Семёна, но опять ошибаюсь.
– Ручку… Верни… – говорит Аля, стоя у меня за спиной. Обнаруживаю, что нервно грызу синий пластмассовый колпачок, надетый на ручку, которую она мне одолжила.
***
…Таня, с которой мы сегодня работаем, принимает слюнявого, беспокойного бенгальского кота. Жалобы на то, что четыре дня тот ничего не ест. Прививок нет. И: рвота, рвота, рвота.
«Отравление?» – вопросы, вопросы…
А ещё он не даёт осмотреть себе рот – яростно сопротивляется, стòит только начать трогать глотку или просто прикоснуться к челюсти. Его хозяйка стоит рядом, у стола.
– Давай в рот заглянем, – предлагает Таня.
Мы заворачиваем кота в полотенце, оставив снаружи голову, и в ответ он начинает дико орать и сопротивляться. Под языком чисто.
Волновать котов нельзя хотя бы потому, что от этого начинают волноваться их хозяева. Отпускаем.
«Вирусняк, что ли?» – заинтересованно вопрошает мой внутренний наблюдатель.
Калицивироз, который проявляется язвами во рту, или ринотрахеит, поражающий глотку вполне могут вызвать такие слюни и отказ от еды. Да даже панлейка, из-за тошноты. Но температура-то нормальная.
Рот чист, под языком – пусто, и это, похоже, не вирусняк.
– Пойдёмте, сделаем рентген, – говорит Таня владельцам.
…На одном из снимков обнаруживается иголка – обычная, швейная, довольно длинная. Встала поперёк глотки. Увидеть её, открыв рот, было невозможно – слишком глубоко засела. Диагноз: «кошка-белошвейка».
Рентген кота с инородкой в горле (игла с ниткой).
Иголка – очень частая находка у кошек, особенно если она с ниткой. Привлекает их эта «колючая» игрушка. Проглоченная игла либо застревает в глотке, как это получилось сейчас, либо проходит дальше. Был случай, когда игла, проткнув кишечник, вышла в мышцы бедра и вообще оказалась случайной находкой – врач делал рентген совсем по другому поводу, когда обнаружил её.
Если это иголка с ниткой, то всё усугубляется повреждением кишечника, вплоть до его прорезания и перитонита. Даже простая нитка может вызвать серьёзные проблемы, как это было у некоторых кошек-пациенток после банальной стерилизации. Выяснилось, что кошки, стремясь избавиться от послеоперационной попоны, вылизываясь, языком распускали завязки на нитки, которые и заглатывали. Теперь я стращаю всех коллег и на самых кончиках завязок вяжу узелки во избежание подобных осложнений.
Так что Таня фоткает кота ещё раз, чтобы посмотреть, не собран ли в гармошку кишечник. Нет, не собран, так что, надеюсь, что резать не придётся, даже если нитка есть.
