— А вот у меня? — мальчишка справа сунул ему под нос свой кулак кое-как скрученный в некое подобие нужного жеста.
Лейтэ и Игла вздохнули. Северин был сильным стихийником, и энергия из него так и перла, вот только непослушные пальцы его никак не складывались как надо.
Раньше они все занимались по отдельности, как отстающие (Игла, несмотря на свою постоянную уверенность в том, что она всегда и везде права, постоянно ошибалась и все забывала). Преподаватель решил, что вместе может получится что-то более путное — ошибки у всех были разные, и быть может, в коллективе им будет легче. Психолог, с которым теперь приходилось разговаривать понемногу каждый день, одобрила.
Прогресса никакого не было. Разве что веселее стало — хотя Лейтэ видел, что несмотря на все ошибки и трудности сокурсники куда как успешнее справляются со всем.
Преподаватель по очереди подходил к ним, поглядывая, как получается. Вздохнул над Иглой и Лейтэ, которые как-никак сложили правильный жест — но безрезультатно. Поднял щиты, подходя к Северину, и не зря — мальчишка снова шарахнул пустым выбросом воздушной энергии.
Терпеливое и усталое уже разъяснение преподавателя прервал телефонный звонок. Лейтэ давно уже перестал выключать звук, опасаясь, что пропустит, как позвонят по поводу Игоря — или вдруг Сове будет плохо.
После того случая в больнице Сова больше не казался ему великаном с медвежьей силой, и Лейтэ каждый день со страхом ожидал, что скажут, будто нож тетки достал до какого-нибудь важного органа и Сова умирает.
Лейтэ даже не стал извиняться, хотя преподаватель многозначительно покашлял и потянулся было выхватить телефон из его рук.
— Это из Чайного домика, — быстро сказал Лейтэ.
Преподаватель возвел глаза ко лбу, но кивнул.
— Можешь выйти и поговорить, — разрешил он.
Лейтэ сразу нажал кнопку, еще не выйдя из кабинета.
— Заберу тебя пораньше, — произнес Сова, не здороваясь. — Дело есть. Надо будет слушать.
Лейтэ сразу понял, что слушать надо будет не музыку и не разговоры — а правду. Было ли это предчувствием, или каким-то извернутым воплощением его дара, он не знал.
Но решил, что если это как-то поможет найти пропавших, то хотя бы так его дурацкая магия будет нужна.
Друзья
— Ты что-нибудь можешь сказать по тем бумажкам, которые я передавал? — спросил Донно, одним глазом поглядывая в планшетник.
— Могу, — бодро отозвался Роберт. — А еще могу оторвать тебе пару конечностей за твои глупости. И кстати, у Джеральдины правда миленькая маленькая помощница. Жаль, что язва, у меня до сих пор во рту кисло.
— Что?! Кисло?.. Ты врачу сказал? Что-то ел?
— Уймись ты, я в переносном смысле. От девицы этой кисло. Хотя и хорошенькая, — Роберт печально вздохнул. — Все про тебя спрашивала. А ты ловко тему увел, я смотрю. Не спрашиваешь, какие глупости.
— Какие глупости? — машинально повторил Донно.
— Твои махинации с партнерской программой. Подал на расторжение, да?
— Я же просил…
— Не сообщать мне, пока я тут? Да ты интриган, кто бы мог подумать…
Насколько Донно мог слышать, Роберт не злился. Это настораживало.
— А мне тут тоже планшетник принесли, с доступом в сеть, — намекающе сказал Роберт. — А на служебной почте лежит автоматическое уведомление о твоем заявлении. Ну на-адо же, подумал я, старика совсем понесло. Это ты от доброты душевной, чтобы силы мои не растрачивать? Или решил, что я отсюда выйду только вперед ногами?
Донно молчал. Можно было бы рассказать, что он думал и что решил тогда, но слова не шли на язык. Роберт тоже умолк.
— Всё я понимаю, — наконец сказал он устало. — Можешь не говорить. Но когда увижу, так и знай, в морду дам. Да, по поводу бумажек. Старшая девица Ранункель — серьезная дамочка и, как я понял, в своих исследованиях крутилась вокруг одной темы. Все, что тут в списке есть, так или иначе к этому относится.
— К чему?
— К тому, как влияют специфические аминокислоты из тел монстр-объектов на человека. Это на стыке дисциплин, думаю, у нее было немало с этим проблем. Скорее всего, поэтому она и уехала отсюда учиться в столицу.
— Могла она перейти от слов к практике? Попробовать на себе? Может, она и есть наша ведьма?
— Да все может быть, но… сомневаюсь. Слишком было бы просто. Вот она — девочка, которая интересуется, можно ли стать чудищем, сожрав чудище? И вот она становится им. К тому же надо поднять данные по этой теме, я не уверен, что обычные люди подвержены таким изменениям. Маги — да. Это точно. А вот что происходит с обычными людьми…
Роберт замолчал. Недосказанная мысль тяжело повисла между ними.
— А есть ли такая статистика вообще, да? — тихо спросил Донно.
— Я узнаю, — отозвался Роберт. — Позвоню Унро, пусть копает. Еще я написал в столицу, паре знакомых, это помимо официального запроса. Думаю, что упускать из виду то, что предыдущие пропажи совпали по времени с возвращением Норы Ранункель домой, не стоит. Это явно связано. Надо узнать, почему она вернулась.
