– В советские времена жил-был Михаил Заикин, член Союза художников. Обитал он в скромной избушке-развалюшке в Богом забытом подмосковном селе. Местные бабушки каждый день возносили молитвы за здравие любимого Мишеньки. Про старух давно забыла родня, а кое у кого близких совсем не было. Михаил взял никому не нужных бабулечек под свое крыло, по утрам приносил им воду из колодца, весной нанимал парней, которые вскапывали огороды. Раз в две недели дарил божьим одуванчикам продуктовые наборы: крупы, масло, муку – короче, все самое необходимое. Но не забывал и про коробку зефира или конфет, баловал старушек. Осенью все пожилые жительницы щеголяли в хороших сапогах, зимой надевали обувь на меху и дубленки, а летом – платья. Если кому-то становилось плохо, то Мишеньку могли ночью разбудить, у него был городской телефон. «Скорая» прилетала на раз-два, Заикин сопровождал недужную в клинику, шептался с докторами, и после его отъезда за пациенткой ухаживали, как за королевой. К Михаилу постоянно приезжали разные люди, сам он каждый день ездил в Москву. Раз в год, осенью, Заикин устраивал выставку своих картин, их на удивление быстро покупали коллекционеры, поэтому вопроса, откуда у мужчины деньги, не возникало. И никто из окружающих не знал, что живописец, добрый и интеллигентный человек, не имеющий ни жены, ни детей, – один из генералов преступного мира, смотрящий[7]. Его уважали как уголовники, так и полицейские. По прежним правилам, криминальный авторитет не должен быть женат, но про любовниц ничего не говорилось. Михаил был симпатичен, хорошо воспитан, очень любил театр и кино и пользовался успехом у слабого пола.
Димон усмехнулся.
– В биографии Ломоносовой есть интересный момент. Да, она талантливая. Но какое количество юных, горящих любовью к сцене, подающих большие надежды девушек не сумели пробраться на подмостки, не получили шанс продемонстрировать свои способности? Карелии феерически повезло. Ее случайно увидел в толпе помощник известного режиссера, который искал главную героиню для своего нового фильма.
Ленте предстояло, как всегда, стать шедевром, актерский состав подобрали блестящий. А вот главную героиню не могли найти. Среди известных лицедеев есть те, кого режиссер или его ассистент приметили в магазине, поликлинике, просто на улице. Чаще всего они оказывались не профессионалами, но идеально подходили по внешним данным, их приходилось учить.
Ломоносовой исполнилось двадцать, когда случилась ее встреча со своей судьбой. И, честно говоря, красавицей девушку нельзя было назвать. Очень худая, прямо прозрачная, лицо стандартное. Увидишь такую в толпе – пройдешь мимо, не оглянешься. Но для нового фильма искали именно такую, одну из общей массы. Да, можно загримировать, посадить на диету, подобрать необходимую одежду, научить актерскому мастерству, но выражение глаз не подделать, талант не купить. Для фильма требовалась внешность «с улицы», при этом у будущей главной героини в глазах должен был гореть огонь ярких страстных желаний, этакое обжигающее пламя, чтобы зритель понял: юное создание хочет все и сразу – деньги, мужчин, любовь, головокружительную карьеру, – готова на любые подвиги ради исполнения своих мечтаний! Такое пламя полыхало в очах «серой мышки» Ломоносовой, когда она встала перед камерой, не зная, куда деть руки.
По сценарию, главная героиня в начале фильма оказывается в сетях ловеласа, который бросает ее, беременную, и появляется опять в ее жизни, когда ей уже за шестьдесят и у нее есть дочь, ставшая всемирно известной балериной. Фильм завершается сценой: героиня с танцовщицей сидят на лежаках у моря. Мать постарела, но, на удивление, стала красавицей. Пара о чем-то беседует, мимо проходит уборщик – тот мужчина, который некогда бросил беременную. Он наклоняется, подбирает упавшее полотенце, подает его бывшей любовнице. Пару секунд они смотрят друг другу в глаза. Он понимает: перед ним та, которую он кинул, узнав о ее беременности, никогда не помогал, просто исчез. А звезда балета рядом – его дочь. Героиня тоже узнает свою первую любовь. Пауза. Никакой мимики, движений, потом зритель видит глаза. В ее очах спокойствие, потом возникает жалость к человеку, который работает за копейки уборщиком. В его же взгляде – изумление, которое сменяет яркая зависть к финансовому благополучию и счастью женщины, выросшей из той девушки, от которой он ушел, не задумываясь, как беременная станет выживать. Тишина. Конец.
