Буря и пламя полностью

Огонь, полыхавший на месте горного хребта, стал ослабевать. Темная армия продолжала биться с чарами Виктории и Констанции, она продвигалась все дальше, затаптывая пламя. Сестры, догадавшись, что задумала Эрис, двинулись к ней. В этом новом пространстве небывалой осознанности время замедлилось. Эрис слышала, как шуршат по траве подошвы Виктории, видела, как шевельнулся палец Констанции, прежде чем та выхватила меч.

– Надо закончить все это, – сказала девушка. – Любыми способами.

Сердце объяла холодная решимость. Когда его переполняла жажда мести, гнев угасила вовсе не магия. Не магия подарила ему улыбку, когда Эрис гладила его ладонь. И вовсе не благодаря магии она полюбила его в ту ночь.

Я всего этого не хочу, подумала Эрис. Мне нужен он один.

– Забирай, – крикнула она урагану. Одну ладонь она подняла к небу, а вторую положила на Чудовище. – Забирай все.

Ее тело было древом. Его корни впитывали магию Чудовища, а потом она разливалась по ветвям и поднималась в небеса. Ураган закружил быстрее, время остановилось, капли дождя замерли, а потом превратились в лучи белого света. Свет заструился вверх, пронзил черноту над Эрис.

В самом центре туманности появилась ослепительная звезда. Ее жар опалил девушке кожу.

– Я уничтожаю эту магию, – крикнула Эрис в бездну. – И твою, и его. За это ты мне его вернешь.

Лучи света замерцали посреди черного тумана, из которого была соткана армия Чудовища. Призраки взревели, стали распадаться, а вскоре обернулись дымом и пылью.

Розы поползли вверх, схлестываясь и переплетаясь. Вскоре они приняли форму двух деревянных марионеток, напоминающих тех самых детей. Лица у них были невредимыми, без ожогов и повязок на глазах.

Веточки заскрипели, повелевая девочке-розе улыбнуться.

– Ах ты эгоистичная девчонка! – фыркнула она на ухо Эрис. – Нарушаешь законы вселенной, чтобы спасти одного-единственного человека! Он ведь однажды умрет, да и ты. Не проще ли прямо сейчас расстаться с жизнью и упокоиться вместе с ним?

– Да ты просто завидуешь, потому что тебя так никто не любил, – укорил ее мальчик.

– Знаешь, когда у тебя не было дара всеведения, ты мне больше нравился. Надо попросить ее сестру снова тебя сжечь.

– Ты и впрямь хочешь тратить на это минуты нашего последнего разговора? – с раздражением спросил он.

Девочка-роза запрыгала вокруг Эрис, заплясала, подергивая руками и ногами. Мальчик неуклюже заковылял за ней, ворча на ветер, который угрожал сбить его с ног. На Чудовище и Эрис лежала тень от грозовой туманности, а дети впитывали свет. Их сердца мерцали вместе со звездой.

Эрис дернула девочку за деревянную руку. Шипы кольнули ей кожу. Выступила кровь.

– Да, я эгоистка. И ради него с удовольствием уничтожу мир еще раз.

– Вот это наглость! – Девочка ткнула Эрис в грудь. – За это я тебя и люблю.

– Неудивительно, что и наш король тебя полюбил, – добавил мальчик.

– Простите, что не смогла вас спасти.

Мальчик едва заметно улыбнулся:

– Не стоит извиняться. Нас создал он, и лучше всего нам теперь вернуться к корням материнского древа, чтобы потом возродиться. – Он перевел взгляд на тело короля. – Этот день настал, пусть мы и представляли его иначе.

Розы, устлавшие землю, завяли – так же быстро, как расцвели, – почернели и осыпались. Ветер разметал их пепел, и тот слился с пылью и облаками.

– Прощай, Эрис, – сказали дети.

Девушку окружила черная стена. У замка столпились женщины, мужчины и ребятишки, их тела отбрасывали длинные тени под светом звезды. Все были одеты в золотые костюмы с черными перьями, увенчаны тонкими коронами, держали золотые регалии. Это были короли, предшественники Чудовища, те, чье наследие было изображено на каменных стенах замка. Их взгляды были пустыми, но все они были устремлены на Эрис.

Стены замка загремели.

– Ты перерезала нить, которая нас всех объединяла, – в один голос произнесли короли. – Что ждет тебя в будущем, уничтожительница, раз ты стерла магию? Что ты почувствуешь, когда окажешься на берегу безмятежного моря, зная, что твой город медленно гибнет среди песков?