Ностальгия по детству так ослепила ее, что она позабыла о реальности. В те годы она была еще слишком мала, чтобы помогать в поле, и сестры поручали ей только вязать снопы, а еще она смутно помнила, как ссыпала зерна в решето. По меркам восьмилетней девчушки работа была нетрудной, но прошло уже много лет, и что-то могло стереться из памяти. Эрис ненавидела город, но и в прошлое вернуться не могла.
Слезы закапали на пепел. Прежде Эрис пыталась выстоять против волны горя, отчаянно глотала воздух всякий раз, когда она обрушивалась. И план, который она придумала, до поры до времени помогал направить чувства в новое русло, отвлечься от этой самой волны, от попыток ее понять, спрятаться, чтобы только не оставаться с ней наедине.
А теперь Чудовище лишило ее надежды на воскрешение. А значит, волна уже не отступит.
– Не могу я вечно жить с этим чувством, – дрожащим голосом сказала она. – Отец был для меня всем.
Чудовище вздохнуло и сочувственно опустило плечи. Приподняв полы плаща, чтобы они не задели ног Эрис, великан опустился рядом с ней. Он потянулся к руке девушки, но тут же опомнился и упер ладони себе в колени.
– Эрис, – сказал он на выдохе, который был легче крыльев бабочки, – голоса океана окружают нас. Возможно, ты еще не услышала отца, но он живет среди деревьев, растущих из земли, среди песчинок, лежащих на берегу. Ты, как и весь мир, – часть цикла возрождения. Понимаю, в пучине горя ты моих слов не услышишь, но, поверь, твой отец вернется.
Эрис сильнее уткнулась в колени. Как жаль, что она не зеленый листик, иначе бы здешний воздух выжал из нее все соки, и слезы бы остановились.
– В этом краю смерти и пепла времени хоть отбавляй, – сказал великан, догадавшись, что ей сейчас нужнее всего. – Путешествие будет не из быстрых. Отдохни, а когда будешь готова, попробуем еще раз.
– Столько людей умерло за тебя… Как же ты победил скорбь? – спросила Эрис.
Чудовище ответило не сразу. Оно рассеянно вывело на пепельном ковре несколько кругов.
– Никак, – наконец сказало оно.
Легче сказать, чем сделать, и можно положить не одно столетие на то, чтобы победить горе, – и все равно потерпеть поражение. Стоило Эрис осознать это, как между ней и Чудовищем установилось понимание. Пускай девушке и недоставало теплоты объятий, она почувствовала в великане единомышленника – их сплотил тот самый бессмысленный бунт, нежелание отпускать. И все же скорби она себе не позволяла.
Она взвалила на плечи тяжелое кресло из спальни, потащила его вниз по лестнице, в Большой зал, и остановилась у стола.
– Ты что делаешь? – спросил великан, даже не шевельнувшись, чтобы ей помочь.
Эрис, промычав от натуги, поставила кресло на пол, отряхнула руки от пыли, нашла взглядом Чудовище, притаившееся в самом темном углу комнаты.
– Поешь со мной.
– Я бессмертен, – напомнил великан. – И уже много веков не ел. Время можно провести с большей пользой.
– Это где же, интересно?
– В саду.
Эрис нахмурилась.
– Ты что, постоянно там торчишь?
– Это моя единственная цель.
Девушка недовольно выдохнула.
– А сейчас я у тебя в гостях и хочу, чтобы ты составил мне компанию. Ты сам-то пробовал еду, которую наколдовываешь? Очень вкусно!
Великан не спешил выйти из тени.
– Не лучше ли подкрепиться одной? Мой вид тебе только аппетит испортит.
– Вот уж не знаю, ты ведь лица не показываешь. Но одно я знаю точно: когда ешь в одиночку, приборы уж очень громко звенят.
– Могу заменить вилку и ложку на деревянные, если хочешь.
Эрис указала рукой на принесенное кресло.
– Не усложняй. Чего я хочу – так это чтобы ты со мной посидел.
Великан спрятал руки в складки плаща.
– Не могу отказать гостье.
Эрис отблагодарила его поклоном. Великан уселся за стол. Отблески свечей подрагивали на его плаще.
– Почему ты скрываешь лицо? – полюбопытствовала девушка. – Внешность не самое главное. Уверена, не такой уж ты и страшный.
Ножки кресла Чудовища скрипнули.
– Я не хочу обсуждать свой облик.
Эрис решила, что не будет упорствовать. Чудовище уже от нее отгородилось, и умасливанием его все равно не переубедишь. Аппетитный запах запеченного фазана с пряностями и лепешками и теплого пшеничного вина вскружил ей голову.
Огоньки свечей подрагивали на стенах зала. Чудовище неподвижно сидело за столом. Его лицо было скрыто под капюшоном, но казалось, оно не сводит глаз с Эрис. А та старалась не скрипнуть ненароком вилкой по тарелке.
– А что случилось с тем существом, о котором написано в твоей книге? – вдруг спросил великан, нарушив тишину.
– Его зарубили.
– Как это произошло?
