Быть пилотом «Формулы-1» полностью

Обычный автомобиль я вожу так же. Плавно, как будто наливаю пинту Guinness. Бритни, пожалуй, с этим не согласится. Она считает, я слишком поздно торможу и слишком близко подъезжаю к впередистоящей машине, что технически верно, но при этом вполне нормально: торможу я, может быть поздно, но не резко, потому что не хочу, чтобы пассажиры на заднем сиденье кивали головами, как собачка на торпеде.

Но, в общем, да, виноват. Мы действительно подъезжаем близко к впередистоящей машине, и Бритни это не нравится. Попозже и помягче — это мой стиль.

Важно еще то, какой машиной я управляю. Например, ее «Гелендваген», как необъезженный жеребец, поэтому я предпочитаю BMW 5-й серии — не нравится мне ездить по Лос-Анджелесу так, как будто я изображаю сцену из фильма «Мир Уэйна», где они трясут головами под музыку.

В любом случае. Так уж я вожу. Есть один недостаток: если болид ведет себя не так, как я хочу, я не смогу ехать так же быстро, как, например, Льюис или Фернандо, потому что не умею заставлять машину повиноваться мне, как это делают они. Если они едут в болиде с повышенной управляемостью передних колес, они лучше, чем я, к этому приспособятся. Когда у передних колес слишком хорошее сцепление с поверхностью, происходит снос задней оси, а я это ненавижу. Не хочу, чтобы это звучало, как реплика из дурацкой комедии, но «мне нужен крепкий тыл, матушка!». Нужна устойчивая задняя часть, чтобы я удерживал скорость в повороте. Небольшой занос передней оси — не проблема, потому что я знаю, как направить машину в повороте, но я должен быть уверен, что сзади все в порядке. И если это так, если я могу настроить болид в соответствии с моим стилем, тогда я непобедим.

Я всегда лучше водил на мокром покрытии. Я выиграл 15 гран-при, и, насколько я помню, 9 из них были на мокрой трассе. Причина в том, что я чувствую нестандартные условия нутром, или в данном случае — задницей, потому что именно ей я ощущаю машину.

Многим пилотам сложно ездить на мокром покрытии. Они видят трассу и думают: «Ну, на этом повороте что-то скользко, надо сбросить», — а я, наоборот, люблю решать, что делать, уже на входе в поворот, полагаться на ощущение машины и покрышек, и так я выигрываю время в этих хитрых условиях, когда трасса внезапно мокнет или высыхает в ходе гонки, а у тебя немного не те покрышки, например, у меня может быть сухая резина на мокром покрытии, но я все равно найду сцепление с дорогой, хотя у многих не получится этого сделать.

Мне известно, что именно это раздражало Фернандо, когда Льюис стал его напарником в McLaren. В самом начале их сотрудничества (если так можно назвать взаимоотношения между напарниками в «Формуле-1») Фернандо не оставлял Льюису шансов, но потом Льюис посмотрел данные телеметрии и включил Шерлока Хэмилтона: ага, Фернандо там тормозит. Окей, тогда я тоже там буду тормозить. А там Фернандо ускоряется. Окей, тогда я тоже буду там ускоряться.

И хотя вообще-то это не должно было сработать так просто, у Льюиса получилось: он давил на тормоз там, где считал правильным: 100-метровая табличка, бум, тормоз, вход в поворот, выход — и ехал так же быстро, как Фернандо.

Не быстрее. Но так же быстро. И Фернандо это действовало на нервы. И из-за этого, из-за того, что он постоянно думал про Льюиса, Фернандо делал ошибки, которые Льюис не делал, потому что он был новичок, никаких напрягов, он мог позволить себе ошибаться. А вот для двукратного чемпиона мира Фернандо все было иначе. В итоге Льюис его опередил.

Так что да, гонщики определенно учатся друг у друга и даже копируют чужой стиль, хотя обычно смотришь не на технику, а на цифры телеметрии: такой-то гонщик прошел поворот на полной скорости. И ты думаешь: хммм, я-то считал, что на полной скорости этот поворот не пройти, но он это сделал, значит, можно или у него получилось на полной скорости, а у меня нет, почему? Чем отличается его болид? Приходится опять изучать настройки машины. Ага, у него больше угол атаки заднего антикрыла. Может, и мне попробовать?..

Надо учиться. Видите? Все к этому ведет. И тут начинаются…

Моя первая поул-позиция в «Формуле-1» была на трассе «Имола», Гран-при Сан-Марино, в 2004 году. Я за рулем BAR-Honda. Мне 24 года. Сразу за мной — чемпион мира Михаэль Шумахер на Ferrari.

В общем, без напрягов.

Подъезжаю к старту, а мои инженеры говорят мне по радио: «Так, Джей Би, начинай процедуру».

Имеется в виду процедура запуска.