Быть пилотом «Формулы-1» полностью

Понятное дело, мы никак не участвуем в оформлении болида. Никто не спрашивает пилота, в какой цвет покрасить машину или как расположить логотипы спонсоров. А вот с шлемом другая история — у нас много свободы в выборе дизайна, это наше право, которое мы ревностно оберегаем и чтим, потому что это единственная по-настоящему личная вещь, которая у нас есть. Только здесь мы можем самостоятельно продумать весь дизайн.

У меня шлем очень красочный. Сзади на нем — флаг Великобритании, и повсюду мои инициалы. У Даниэля Риккардо всегда классный дизайн. Последний раз, когда его видел, у него половина шлема была раскрашена розовым, половина — голубым, очень даже симпатично.

Даниэль, конечно, воспользовался тем, что ушел из Red Bull, потому что это единственная команда, которая вмешивается в процесс дизайна шлемов своих гонщиков, и то, потому что платит им за размещение логотипа Red Bull. В McLaren у нас были определенные требования — по периметру должно было располагаться белое кольцо со спонсорским логотипом — но все остальное было в твоих руках: цветовая гамма, рисунок.

Дизайн моего шлема вдохновлен тем временем, когда я еще занимался картингом. В 1994 году мне буквально вручили шлем с флагом Великобритании по бокам и сзади, и мне это так понравилось, что я использовал этот дизайн или его вариации, пока занимался картингом, а потом в «Формуле-4» и «Формуле-3». Только когда я перешел в «Формулу-1», дизайнер шлемов из компании Bell Helmets объяснил мне, что у меня не будет авторских прав на такой дизайн, а значит, кто угодно может носить мой шлем. А поскольку цель была в том, чтобы создать что-то уникальное и только мое, меня это не устраивало.

Так что мы придумали дизайн с буквами «JB», который напоминал британский флаг. По крайней мере, тогда напоминал, я решил, что это очень круто, и так началась эта история.

В течение долгого времени я работал с Bell Helmets, а потом по какой-то причине отношения испортились, и я переключился на шлемы Arai, которые предложили немного изменить дизайн. Я начал общаться с Уффе Тагстремом, финном, который рисовал шлемы для Кими, и он придумал совместить рисунок букв «JB», похожих на флаг, с маленькой фигуркой Johnnie Walker, которые были одним из основных спонсоров, и с тех пор все мои шлемы были основаны на этом дизайне.

Несколько раз я менял цветовую гамму: красный с белым, серебряный, снова красный с белым, розовый с цветами Brawn, в котором я езжу сейчас — и кое-что добавлял, так что теперь сзади есть драконы, какое-то время там был логотип команды по триатлону Ichiban и Папа Смурф пару лет после того, как старик нас оставил.

Логотипы спонсоров рисуют, только если они будут с нами весь год, иначе используют наклейки. За год нам делают четыре или пять шлемов. Ну, это сейчас в Super GT. Но когда я был в «Формуле-1», у нас было по 18 шлемов за год, по одному на каждую гонку, и каждый из них паковали и убирали после гран-при. У меня никогда не было суеверий, связанных со шлемом. По-моему, лучше иметь шесть шлемов, в которых ты выиграл по гонке, чем один, в котором ты выиграл шесть гонок, но это, наверное, из-за того, что мне нравится их коллекционировать, что распространено среди гонщиков, как мне кажется. Мне важно, чтобы победный шлем оставался у меня, так что у меня хранятся все 15. Другие я отдал благотворительным организациям, друзьям и родственникам, а еще гонщики иногда обмениваются ими друг с другом.

Здесь, правда, надо быть привередливым. Я меняюсь головными шлемами только с теми, с кем меня связывает какая-то история: или потому что мы дружили за пределами трассы, или потому что отлично гоняли вместе.

Слой за слоем

Помните тот раз, когда я столкнулся с птицей и ее кусочки стекали по моему визору? Вот в этот момент мне очень пригодилась защитная пленка — наклейки из тонкого пластика на поверхности визора, которые отрываешь, чтобы избавиться от масла, грязи, кусочков резины и, иногда, мертвой птицы, в процессе пилотирования. Их у тебя четыре, и за гонку ты, как правило, используешь все. Их легко отрывать рукой в перчатке, так что ты просто протягиваешь ладонь, тащишь пленку, и потом…

А вот на этом моменте остановимся поподробнее. Потому что в стародавние времена мы просто выбрасывали их из машины, но как-то раз, кажется, после броска Валттери Боттаса, пленка попала то ли в его воздуховод, то ли в воздуховод машины за ним, что привело к перегреву двигателя.

Разумеется, в «Формуле-1», которая славится перфекционизмом и вниманием к мелочам, решили, что, может, это не самая лучшая идея — метать на трассу крошечные пластиковые снаряды, как использованную обертку от гамбургера, так что нас попросили убирать их в специальный кармашек в кабине, а значит, все команды принялись тестировать различные кармашки на липучках, и все это превратилось в шутку. Так что мы опять стали швырять их из машины.