Быть пилотом «Формулы-1» полностью

Снова белки. Звучит, как будто еды очень много, но ты сжигаешь массу энергии всеми этими упражнениями. У меня уходило три-четыре часа в день на тренировки, и, хотя ел я много, все равно не мог съесть столько, сколько нужно, особенно углеводов.

Как я понимал, что не хватает углеводов? Я не успевал восстановиться.

На следующий день вставал разбитым, не мог тренироваться. Это значит, что мне не хватало энергии, чтобы подзарядить мышцы.

Обо всем этом я узнал от доктора Аки. Что занятия должны сопровождаться правильным питанием и нужно делать перерывы для восстановления, а если все это не учитывать, не получаешь нужного эффекта.

При этом я все равно допускал ошибки.

Готовясь к триатлону в 2017 году, я себя загнал, не отдыхал, сколько нужно, и, скорее всего, недостаточно много ел, так что постепенно терял форму, пока не начал чувствовать слабость во время тренировок.

Помню, как пошел к доктору в Монако. Он измерял процент подкожного жира и другие показатели.

Доктор мне сказал:

— У вас 12 % подкожного жира.

— Что? Это после всех моих тренировок?

Он ответил:

— Oui, vous потребляете beaucoup de углеводы для votre тело, которые не нужны.

— И что мне делать?

— Pas de carbohydrates pour le завтрак. Что значит: никаких углеводов на завтрак.

Я говорю:

— Но это ведь момент, когда надо потреблять углеводы. Это же топливо, на котором держишься весь день, разве нет?

— Non. Если есть их на завтрак, votre тело захочет их потреблять pour le весь оставшийся день. Это связано с выбросом инсулина, — ответил он. — Я гарантирую vous, что спустя две недели, если вы не будете есть углеводы pour завтрак и пасту в обед замените на батат или бурый рис, потеряете значительный объем жира.

— Окей, — сказал я.

И я сделал так, как он советовал, пришел к нему спустя две недели: 6 % подкожного жира. Я потерял 6 % жира, просто не употребляя углеводы на завтрак и заменив пасту в обед на бурый рис и батат.

— Молодец, vous, — похвалил он.

За гонку пилот теряет порядка трех литров воды. Как вы понимаете, нужно пить жидкость, и делать это правильно, иначе неминуемо настанет обезвоживание (вот почему меня удивляет, когда я слышу о том, как гонщику приспичило в болиде).

Когда я был в McLaren, я много времени провел со специалистами нашего спонсора GSK, GlaxoSmithKline. Приезжал к ним в офис и на производство в Лондон, это было весело. Я описал свои тренировки и меню на день. А они провели тесты и объяснили, в какой форме я сейчас, по сравнению с тем, в какой мог бы быть, сколько углеводов мне потреблять, сколько белков и так далее.

«Уровень потребления углеводов у тебя в порядке, — сказали мне, — но жиров многовато. Надо потреблять меньше жиров и заменить животные жиры растительными — из орехов».

В следующий мой приезд я познакомился с братьями Браунли — Джонни и Алистером, олимпийскими чемпионами по триатлону, и ребята из GSK сравнивали наши показатели — во время силовой тренировки и потом во время заезда на велосипедах — измеряли потовыделение, пульс и так далее.

Я соревновался с Джонни, и по его взгляду понял, что он нервничает. Я говорю:

— Дружище, ты же олимпиец, ты меня сделаешь.

Но он ответил:

— Ты не потеешь и как будто не напрягаешься.

Мы провели тест, у меня получились хорошие результаты, но, разумеется, не на таком уровне, как у него.

Потом мы замеряли реакцию, и здесь я, как и ожидалось, не оставил им шансов, несмотря на разницу в возрасте, потому что это напрямую связано с моей работой, ну и это единственное, в чем я мог их обойти.

В GSK также проводили исследования кофеина. Сколько кофеина мне принимать перед гонкой? Я сделал шесть заездов в симуляторе. В первый день вообще без кофеина, на второй мне дали таблетки, которые я принял, сделал тест на реакцию, запрыгнул в симулятор, вылез, сделал еще один тест на реакцию.

В следующий раз было, кажется, три таблетки кофеина и так далее, пока не дошло до того, что на шестой день у меня были огромные глаза и трясущиеся руки — тогда стало понятно, что это перебор. По крайней мере, у меня было ощущение, что я перебрал.

В итоге они выяснили, что идеальное количество кофеина перед гонкой для меня — это эквивалент двойного эспрессо, то есть 150 мг. Вроде все понятно, но, когда я стал его употреблять, заметил, как нога дрожит на педали газа при входе в повороты — меня трясло. Могу только предположить, что спецы из GSK каким-то образом забыли про адреналин или недостаточно учли его влияние.

В остальном, иметь дело с GSK было очень интересно, мне понравилось прорабатывать все эти направления. По моему мнению, в этой области я был впереди всех. Может, у тебя карманы на комбинезоне, зато тебе далеко до меня по части диеты и физической формы.