От красок Танцующего квартала рябило в глазах. Узкие высокие дома переливались всеми цветами радуги, а рельефная брусчатка светилась ровным золотистым светом. В прохладном утреннем воздухе витал запах свежей выпечки, дорого кофе и экзотических цветов, которые украшали фасады домов. Продавцы пестрых самоходных лавок зазывали покупателей, а сонные прохожие ленивым ручейком перетекали от одного прилавка к другому. Чего на них только ни было: фигурки из засахаренных цветов и фруктов, украшения из драгоценных камней и дерева, расшитая защитными узорами одежда и, конечно же, всевозможное холодное оружие, выкованное мастерами Корней в жилах энергии древа. Правда, купить последнее очень и очень непросто: без разрешения стражей никто такую ценность не продаст. Поэтому такая лавка была только одна, да и та больше привлекала новых потенциальных покупателей, чем действительно приносила доход. Основной заработок мастера получали от тех же стражей и магов Башни, которые использовали кинжалы для особых ритуалов.
Над улицей лилась приглушенная, ненавязчивая музыка, которая к вечеру смениться быстрыми ритмами гвисса – танца, придуманного хтонами и пришедшегося по душе другим жителям Андаунны. И в Танцующем квартале будет не протолкнуться от многочисленных пар, которые будут кружиться по золотой брусчатке. Даже сейчас на свободных пяточках крутились дети продавцов, готовясь к вечерним танцам.
И только мы с Добряком уныло брели по улице, совершенно не чувствуя беззаботной атмосферы вечного праздника.
План Джеда и Ришалин мне категорически не нравился. Отправиться в Танцующий квартал, не сказав Эстэну о находке Риш, было рискованно. А врываться в чужой дом под предлогом «А с чего это в районе светлых магов кто-то темное заклинание использовал?» – вообще верх глупости. Тем более, что уровень черной магии находился в пределах нормы. Мало ли, вдруг кто-то амулет у чернокнижника купил и разбил? Вот вам и подозрительный всплеск. И вообще, вдруг на Изнанке мне почудилось, и никакого силуэта Танцующего квартала там не было?
Единственным, кто разделял мои опасения, был Добряк, но у демона права голоса не было. Поэтому теперь он изображал здоровенного пса неизвестной породы: лохматого, поджарого, с длинными лапами и мощной шеей, обхваченной строгим ошейником. А тяжелую цепь, по ошибке названную поводком, вручили мне, запретив отходить от Добряка хоть на шаг.
Причем не знаю, кому из нас с демоном было обиднее: химере, которого заставили изображать молчаливое домашнее животное, или мне, которую Добряк тащил за собой, даже не чувствуя сопротивления. Учитывая, что в нынешнем виде демон был мне по пояс, а голову вообще мог положить на плечо, вопрос, кто кого выгуливал, не стоял вообще. Со стороны ответ был очевиден.
И теперь мы уныло плелись по извилистым улочкам Танцующего квартала, злобно разглядывая спины наших мучителей. Джед и Ришалин шли в ста шагах впереди, что-то тихо, но эмоционально обсуждая. Увы, из-за шума слова я разобрать не могла. А Добряк если и слышал, то делиться со мной не спешил.
– Добряк, притормози, – я натянула поводок, упираясь ногами в брусчатку, но демон даже ухом не повел. Сердито пыхтя, обогнала химеру и перегородила ему дорогу. – Добряк, ты можешь вести себя как нормальный воспитанный пес?
Демон остановился и одарил меня злым взглядом. В его глазах вспыхнул желтый огонь, но миг спустя химера снова принял облик обычного животного.
– Гав, – с издевательской интонацией протянул Добряк и легонько боднул меня в живот, намекая, что мы отстаем от чернокнижников.
Но мне надоело, что меня третий день подряд таскают, словно какую-то куклу.
– Добряк, – прошипела, упираясь руками в лобастую башку демона и пытаясь удержать его на месте, – это была не моя идея! Мне тоже неприятно, что меня взяли с собой только потому, что чернокнижник может навестить родственницу по силе, пока дома нет защитников. И чтобы бесполезная наисса не путалась под ногами, меня цепью привязали к тебе, – раздраженно тряхнула поводком, который Джед заклинанием намотал мне на руку. Правда, поверх толстого кожаного браслета, чтобы цепь не стерла запястья в кровь, но все же. – Давай не будем воевать друг с другом, а объединимся против обидчиков?
Демон задумчиво дернул правым ухом, склонив голову набок.
«И что ты предлагаешь?» – в первый раз за все утро заговорил химера.
– Смириться и дожить до вечера. А взамен я накуплю тебе каких только захочешь сладостей, – вкрадчиво прошептала я, надавив на слабое место демона.
В глазах Добряка загорелся огонек интереса.
«Каких захочу?» – мечтательно протянул демон, добродушно вильнув хвостом.
– Ага. Честное слово.
Добряк сдавленно мурлыкнул, но сразу спохватился, вспомнив, что сегодня он притворяется псом.
– Есть много сладкого вредно. Даже демонам, – раздался за спиной насмешливый голос, и от неожиданности я отпрыгнула в сторону.
