- Значит, послезавтра приедет замена, - закончил я за него. - Поэтому напасть на лагерь необходимо не позднее, чем сегодня ночью! Охранники на такой жаре за две недели устали, к тому же ожидание скорой смены расслабит их и притупит бдительность. Этим обязательно нужно воспользоваться.
- Может быть, лучше напасть на смену караула? - предложил кто-то из людей Рэда. - Тогда мы сможем захватить ещё один фургон и оружие, которого у нас мало.
- Нет! - отрезал Рэд Ван. - Максим прав, нападать нужно на лагерь и сегодня ночью! В степи мы будем отличной мишенью и потеряем всякое преимущество. Ночью же можно незаметно подкрасться к лагерю и застать их врасплох.
- Да, - согласился я. - Неожиданность и стремительность – вот наш главный козырь в этой операции! Часть наших людей обойдут лагерь с юга, вот здесь, где нет вышек, и взберутся на стену вала... Их поведёт Хо. Я, Рэд, Кулак, Гвоздь и Хрящ подъедем на фургоне к воротам лагеря. Кулак и Хрящ будут изображать заключённых, а мы охранников. Операцию начнём одновременно. В этом будет залог нашего успеха. Необходимо освободить всех заключённых и до наступления рассвета отойти к лесу.
- Понятно! - кивнул Кулак. - Чего уж объяснять-то? Понимаем, каково им там, не сладко, приходится. Я готов хоть сейчас, стало быть, в бой! Как остальные не знаю, - и он грозно сверкнул глазами в сторону Крепыша и Гвоздя.
- Зря-то, староста, чего смотреть? - обиделся на него Крепыш. - Никогда я не ходил в пугливых! Или не так?
- А я чем хуже? - воскликнул Гвоздь. - Я, что не старатель?
- Будет вам! - утихомирил их Хо. - Никто никого не обвиняет. Просто нужно понимать, на что мы идём, сознавать важность предстоящего дела и быть готовым ко всему, даже к смерти!
- Правильно! - подтвердил я. - Это военная операция, требующая дисциплины и предельной собранности! От каждого из вас зависит предстоящий успех или поражение.
Я повернулся к Рэду.
- Твои люди не подведут?
- Нет, - твёрдо сказал тот. - Всех их я знаю не один год. Это отличные ребята. Можешь положиться на них, как и на меня самого.
- Добро! Тогда всем отдыхать и ждать ночи.
Дымчато-серые лохматые облака стремительно бежали по ночному небу, обгоняя маленькую серую луну, пугливо озиравшуюся на своих преследователей. Тусклые звёзды над пустынной степью тревожно мигали сквозь облака, сопровождая наш путь. Я сидел за управлением, чувствуя себя очень неуютно в форме офицера-охранника. Рядом в кабине расположился Рэд Ван, тоже переодетый в форму сержанта. Полосы света и тени метались на ветровом стекле, словно рвущееся на ветру знамя. Лучи фар выхватывали из темноты островки сухой жёлтой травы, разбросанные по степи, прорезали ночную мглу острыми ножами, и она испуганно отступала к краю светового поля, затем яростно набрасываясь на машину сзади.
За моей спиной в закрытом фургоне сидел весь наш отряд, терпеливо выжидая своего часа. Я вглядывался в ночную степь и не переставал думать о Юли. От этих мыслей сердце наполнялось теплом любви и разгоралось огнём ненависти к моим врагам. И я сильнее сжимал штурвал управления, горя нетерпением вступить в бой. Когда впереди стали отчётливо различимы контуры лагеря, подсвеченные несколькими прожекторами, я остановил машину. Мы с Рэдом обменялись молчаливыми взглядами. Он кивнул, вылез из машины. Постоял несколько секунд, прислушиваясь к тишине, и пошёл открывать двери фургона. Я тоже вылез из кабины фургона. Поднёс к глазам бинокль инфракрасного видения, осматривая лагерь впереди.
Оградительный вал с колючим забором в зелёном поле «ночных глаз» мрачно возвышался над степью. Я перевёл взгляд левее, поймал в поле зрения смотровую вышку с прожектором. Добавил увеличения: красные светящиеся цифры счетчика расстояния перескочили на несколько десятков метров. Часовой на вышке не спал, стоя в обнимку с автоматом. Луч прожектора казался колонной молочного цвета, ползающей по земле где-то внизу, за границей вала. Сзади ко мне подошёл Рэд, тронул меня за локоть. Я оторвался от бинокля, посмотрел на него.
- Всё готово, - сообщил Рэд.
Я посмотрел через его плечо. Люди, стоявшие у фургона с оружием и в инфракрасных очках, выглядели грозно и решительно. Хо вышел вперёд и подошёл ко мне. Инфраочки висели у него на груди, словно ожерелье, прикрывая бороду. В руках он держал свой старинный карабин.
- Сверим время? - спросил он.
- Сейчас половина второго, - бросив взгляд на циферблат часов, которые я снял с руки убитого офицера, ответил я. - Думаю, к двум вы доберетесь до лагеря?
- Да, - кивнул Хо. - Будем ориентироваться на два-пятнадцать.
- Значит, в два-пятнадцать мы должны стоять у ворот? Вышку и охрану мы берём на себя.
