Анджали Чаран была нашей соотечественницей. Женщина лет сорока, статная и подтянутая, при первой встрече она производила впечатление суровой властительницы древности, не терпящей неповиновения. Но стоило заглянуть в её глубокие чёрные глаза, и ты сразу понимал, что за этой внешней строгостью кроется человек бесконечной доброты и мягкости, отзывчивый и чуткий к бедам и горестям других людей.
Едва я подумал о ней, как она неожиданно появилась перед нами в обычной медицинской одежде, выйдя из бокового помещения в сопровождении одной из санитарок. Заметив нас, Анджали обрадовано вскинула руки:
- А, Максим! Дев! Рада вас видеть у нас!
Грудное меццо-сопрано земной женщины привлекло внимание окружающих, но земная речь осталась не понятной для них, как и для помощницы Анджали, которая с любопытством поглядывала на нас троих. Плотно уложенная причёска делала правильное лицо Анджали Чаран похожей на легендарную апсару. Всё в этом лице дышало древностью: и характерная лепка структуры сильного костяка, и широкий лоб, и твёрдый вырез губ, и широко расставленные большие глаза. А едва уловимый оттенок той невыразимо завораживающей прелести, которая присуща зрелой женской красоте, как бы ставил между этой землянкой и окружающим миром непреодолимую преграду, едва приоткрывая завесу, за которой, казалось, таилась неизведанная пропасть безумных страстей и наслаждений.
- Мы к вам, за помощью, - улыбнулся я, приходя в нежные материнские объятия Анджали Чаран.
От неё исходил аромат свежести и сладкого цветочного нектара.
- Ты болен, дорогой мой? - удивилась и встревожилась Анджали, слегка отстраняясь и пристально вглядываясь в моё лицо.
- Со мной всё в порядке, как и с Девом. Мы хотели справиться об одной из ваших помощниц.
- О ком же? - заинтересовалась врач.
- Нам бы повидать Вибху Дуян, - отозвался Дев, почему-то нервничая.
- Понимаю. Кажется, тут замешаны дела сердечные? - Анджали Чаран лукаво взглянула на моего друга и развела руками: - Увы. Здесь я бессильна. Вам, мальчики, придётся решать свои проблемы самим.
- Мы, собственно, и пришли сюда за этим, - пожал плечами Дев. - Так, где можно найти Вибху?
Анджали повернулась к своей помощнице. Странный цвет волос – чёрный с пепельной подцветкой – выделял эту девушку среди обычных чёрных с красноватым отливом голов гивейцев и гармонировал с её серыми глазами.
- Гае! Ты не видела Вибху?
- Она ушла... сегодня утром, - сообщила помощница высоким звонким голосом с явным южным акцентом.
- Ушла? Куда? - удивилась Анджали Чаран.
- Не знаю. Ушла из города. Забрала свои вещи и ушла. Она ничего не объясняла, а я... - смущаясь, стала объяснять Гае.
- Хорошо, хорошо, - остановила её Анджали. - Будь добра, иди в хирургию. Я сейчас подойду к вам.
Когда девушка ушла, врач обескуражено посмотрела на нас.
- Ничего не понимаю. Вот так вот, ни с того, ни с сего, уйти, не сказав никому ни слова... Ох, уж эти гивейцы! Никак я не могу привыкнуть к этой их поголовной дремучести, что ли...
Анджали сокрушённо покачала головой, явно расстроенная услышанным известием.
- Кажется, я догадываюсь, в чём причина её ухода, - медленно произнёс я, поглядывая на друга. - Хорошо. Мы тогда пойдём, пожалуй. Не будем больше отвлекать вас от работы.
- Эх, дорогой мой Камал! - вздохнула Анджали Чаран. - К счастью, моей работы здесь гораздо меньше, чем вашей. Ребята! Я прекрасно понимаю, как вам тяжело приходится сейчас, но...
Анджали не договорила. Оглушительный грохот заставил её оборвать себя на полуслове и всех нас вздрогнуть от неожиданности. Здание больницы содрогнулось, словно от страшного землетрясения. Со звоном посыпались разбитые стёкла окон, раня осколками людей. Громкий детский плач разнёсся по коридорам больницы.
- Что происходит? - Анджали Чаран с недоумением смотрела на меня, но если бы я знал это.
- Взрыв! - воскликнул Дев. - Это был взрыв! Совсем рядом!
- Школа! - тут же сообразил я и кинулся к дверям выхода.
В это мгновение снова раздался грохот, звон бьющегося стекла и испуганные крики – ещё один взрыв! Выскочив на крыльцо больницы, я остановился, бешено озираясь по сторонам. До конца не понимая, что происходит, я уже сожалел о том, что у нас с Девом нет с собой оружия. Прилив адреналина стремительной рекой наполнял меня, подстёгивая психическую энергию и проясняя сознание, из глубин которого всплывали заложенные туда боевые навыки.
Моя реакция обострилась до предела, а зрение сделалось панорамным. Теперь я видел сразу во всех направлениях: вот трое вооружённых людей в чёрных одеждах перебегают улицу слева, метрах в двадцати от нас, как раз там, где только что прозвучали взрывы... вот ещё двое уверенно двигаются им навстречу, в направлении школы со стороны узкого проулка...
Мысль о детях, находившихся там, заставила меня максимально сконцентрироваться, и тогда время остановилось для меня. Я закрыл глаза, глубоко дыша и мысленно возносясь над землёй: неясные психические сигналы, приходившие со всех сторон, превращались в образы, из которых сложилась чёткая зрительная картина окружающего нас пространства.
