— Тогда они трогают это своей головой или усиками. Усики у жуков, пчёл и других насекомых вместо рук.
— Правда?
— Правда.
— Хорошо.
Светлана благодарно погладила мою руку, а Тама на некоторое время замолчала, о чём-то задумавшись.
— Море — это с одним берегом, а река с двумя, - сказала она через некоторое время, ни к кому не обращаясь, задумчиво глядя на пробегавшую мимо воду.
— А какая она, река? - поинтересовалась Светлана.
— Синяя! - охотно ответила девочка.
— А ещё?
— Журчливая!
— А ещё?
— Мокрая?
— И тёплая, - сказала Светлана, присаживаясь на корточки у берега и набирая в ладони пригоршню воды. - Попробуй.
— Да, тёплая! - обрадовалась Тама, тоже набирая в ладошки воды. - Получается, она всякая-разная! Верно, Рошни?
— Правильно, - кивнула Светлана. - Смотри! Какие там замечательные бабочки!
Она указала на лужайку, над которой кружили стаи разноцветных мотыльков.
— Ой! Какая красотень! - воскликнула девочка. - Я хочу вон ту! Хочу поймать вон ту!
— Ну, беги же, поймай! - слегка подтолкнула её Светлана.
Тама со всех ног побежала за бабочкой, весело смеясь и махая руками.
— Подумать только! - грустно усмехнулся я, глядя ей вслед. - Двести тысяч лет назад первобытный человек, едва научившийся стоять прямо, превратился в человека разумного. Объём его мозга увеличился вдвое, люди обрели способность говорить, а их анатомическое строение приблизилось к нашему… Разве могло всё это произойти так внезапно, после полутора миллионов лет полного отсутствия прогресса в сторону развития разума, совершенно случайно?
— Ты забываешь об ускорении эволюции и скачкообразности любого развития, когда количество переходит в качество, - напомнила Светлана. - Тем более что развитие разума это во многом эволюция в духовной области. А её заметить не так-то просто.
— Но ведь вы с Акирой сами говорите о том, что в развитие человека кто-то вмешивался!
— Разве мы говорим о том, что без этого вмешательства человечество не могло бы само развиться до разумного уровня? Оглянись вокруг, Сид! Живой мир нашей планеты наполнен когнитивностью. Мы здесь вовсе не исключительные и совсем не избранные! - Светлана посмотрела на меня и прищурилась, совсем, как это делала её племянница. - Другое дело, что именно ключевые изменения в человеке произошли каким-то непонятным скачком. Вот они-то, скорее всего, и были стимулированы извне.
— Но возможность ещё не означает однозначной определённости? Так? - уловил я её мысль. - А как же все ваши исследования? Горячая вера Акиры в свою правоту? Все те артефакты, которые вы нашли и которые были найдены до вас?.. Я бы усомнился, если бы не видел всего этого сам!
— Ну что ты горячишься, Сид? - Светлана положила ладони мне на грудь и заглянула мне в глаза. - Я же не отрицаю очевидных фактов. Я лишь говорю об отсутствии пока что неоспоримых и однозначных доказательств, которые позволили бы нам раз и навсегда расставить всё по своим местам. А пока что на руках у нас лишь косвенные подтверждения нашей правоты.
— И в качестве доказательства ты хочешь получить личную встречу с «богами»? - усмехнулся я.
Светлана пристально посмотрела на меня.
— Зачем ты так?
— Ладно, не будем больше об этом, - примирительно сказал я. - Ведь я всего лишь удивился факту существования вот такого вот маленького человечка, в головке которого таится результат того самого удивительного преображения, случившегося с нами тысячелетия назад. Разве мог какой-то естественный отбор — этот бесконечный набор бессвязных случайностей — быть причиной такому чуду? Разве не кажется тебе более вероятным, что он должен был бы забраковать большой объём мозга и вместо этого выбрать лучшую систему функционирования его нервных связей? Или же какой-то способ, при котором рост черепа происходил бы уже после рождения ребёнка?.. Но этот рост, несмотря ни на что, происходит до рождения! По-моему, это и есть лучшее доказательство, в этом и просматривается направленное смещение эволюции человека в духовную вселенную. Ведь только так многие начальные психологические животные функции уходят в наследуемую область.
Я доверительно посмотрел на возлюбленную и признался:
— Мне всё чаще думается вот о чём. Получив высшие психические функции, человек становится способным развиваться в новой сфере. Это происходит с ним в силу его способности сосредоточения на самом себе. И после этого возникает целый новый мир, наполненный абстракциями, логикой, обдуманным выбором и изобретательностью, математикой, искусством, тревогами и мечтаниями любви. Рождаясь в этом мире, каждый из нас формирует часть его, которая становится для него внутренним миром, совершенно непохожим на внутренние миры других людей! И наше человеческое бытие обретает отличительный признак — в нём начинают сосуществовать антропологическое единство и онтологические различия. Разве это тоже не является доказательством того, что кто-то нас специально выделил из общего животного мира с определённой целью, наделив такими способностями?
