– Ты давай-давай, рассказывай, – прошептала Вера и дотронулась до моей руки. – Темнеет уже. Самое время…
Я откашлялась и продолжила:
– Иногда лешие из разных лесов спорят или дерутся. Кто выигрывает, забирает проспоренное.
– Я не понял, чего забирают?
– Птиц или зверей…
– А, географичка рассказывала про миграции, – объяснила Ира. – Блин! Это что же получается, когда, скажем, белки или лоси уходят, значит, их леший проспорил? Пипец, научная база! Слушай, Шестакова, откуда ты всё это знаешь?
– Мне Светлана Александровна рассказывала. Моя учительница по рисованию. Вообще-то она историк, но ещё и художник. У неё выставка была в…
– Да хрен с ней, с выставкой! – дёрнула меня за рукав Вера. – Что там дальше?
– Зимой лешего не встретишь.
– В спячку, что ли, ложится?
– Типа того, возвращается в преисподнюю, где остальная нечисть зимует. Потом он просыпается и… – Я развела руками. – В общем, его самое любимое занятие – это шутить над людьми. Прикинется старичком, заболтает и уведёт в болота или чащу. Да там и оставит погибать… Мечется человек среди деревьев, а вокруг дикий хохот!
Мои друзья притихли. Потрескивал огонь, в реке плескалась рыба.
– Или вот ещё что делает: в каждом лесу есть ориентир – поваленное дерево или валун, ручей или овраг, по которому люди понимают, как не потеряться. Так вот леший может спокойно взять и перенести его в другое место, а когда кто-нибудь заблудится, начинает водить его кругами и пугать разными звуками…
– Вот, блин… делать ему нечего, только деревья таскать…
– И что, если попал к нему в лапы, то и не вырваться? – округлив глаза, выдохнула Ира.
– Есть один способ, – ответила я и покраснела: – Надо раздеться догола, вывернуть одежду наизнанку, а потом надеть её на себя. И тогда леший потеряет власть над человеком. Но при этом нельзя упустить ни один предмет одежды, иначе леший тут же его утащит! Хоть в зубах держи, а не потеряй!
– Ну и бред! – хмыкнул Сашка. – У меня батя с мужиками почти каждые выходные на охоту ездит и никаких леших никогда не видел.
– А ты у него спрашивал? – Данька поворошил ветки в костре, прикрывая ладонью лицо от искр.
– Чё я, дурак про такое спрашивать?
– Может, они ему гостинец хороший оставляют, – пожала я плечами. – Или у них другая договорённость…
– Ой, Шестакова, тебе бы книжки русских народных сказок писать!
– Я же не сама придумала! Это легенды. Местные, – уточнила я.
– А рассказываешь так, будто сама видела, – покачала головой Ира. – Признайся, веришь ведь во всю эту муть?
