– Люк, – роняю я в пустоту бессмысленный и бесполезный призыв. Вот дерьмо. Тоже мне, счастливое воссоединение. С другой стороны, на что я рассчитывала? Пусть он и подлец, но ведь я сама согласилась на «свидание», чего делать совершенно не следовало. Согласилась по той же причине, по которой целовалась с Люком на заднем дворе заброшенного особняка Фортье, вместо того чтобы сесть в старенькую «хонду» и убраться оттуда на хрен. По той простой причине, что хотела этого. Собиралась ли я увести Люка у Кэт, отомстить ей? Нет, дело даже не в этом. Если бы мною двигало исключительно чувство мести, было бы понятно и даже нормально. Беда в том, что я хотела самого Люка. Как ни горько признавать, но в каком-то смысле он прав: за пятнадцать лет в Монреале я так и не нашла никого лучше.
Он может быть жалким неудачником – боже, да он и есть жалкий неудачник, – но разве я не такой же лузер?
И вот теперь я осталась одна в этой жуткой хижине посреди леса, и мне предстоит славная двухчасовая прогулка, чтобы вернуться обратно в цивилизацию.
Я делаю еще несколько снимков: в конце концов, раз уж я здесь, нужно воспользоваться моментом. Жаль, конечно, что не удалось обнаружить связи между бунгало на берегу реки и моей историей об исчезновении девятилетней девочки. Однако я всегда могу попытаться установить связь, собрав воедино факты и выстроив сюжет. Слушатели жаждут леденящих душу подробностей – отлично, получат их сполна!
Я кладу телефон в задний карман джинсов и начинаю спускаться по лестнице на первый этаж. Сосновые доски поскрипывают под ногами, и я аккуратно пробую каждую ступеньку, прежде чем перенести на нее вес тела.
Внезапно меня охватывает первобытный ужас, волосы на загривке встают дыбом: действительно ли слабый свет, просачивающийся сквозь грязное стекло, на миг потускнел, действительно ли на полу промелькнула чья-то быстрая тень, или мне только показалось? Взгляд блуждает по лежащему внизу пыльному пространству, пока я стою наверху, замерев в нерешительности посреди лестницы.
Затем я перевожу взгляд на окно.
У меня перехватывает дыхание: за мутным стеклом виднеется какой-то темный силуэт. Неизвестный, словно почувствовав, что я заметила его, шарахается в сторону и исчезает.
– Люк? – вскрикиваю я. Конечно, это Люк, а кто же еще? В самом деле, не мог же он просто так уйти, бросив меня на произвол судьбы. Вот и вернулся, чтобы вправить мне мозги. И я готова к вразумлению, как никогда в жизни. Пожалуйста, пожалуйста, пусть это окажется Люк.
Тень мелькает за другим окном – тем, что ближе к входной двери.
– Люк?! – снова кричу я, и в голосе сквозит отчаяние. Ответа нет. Я инстинктивно делаю шаг назад, нащупывая ногой ступеньку, но подошва кроссовки соскальзывает и приземляется на прежнее место с резким треском, который эхом отдается в костях и позвоночнике.
И тут доска подо мной проламывается, острые щепки впиваются в лодыжку. Но я даже не успеваю вскрикнуть, потому что мир превращается в безумную круговерть. Следующее, что я помню, – мои ребра пересчитывают кромки ступеней, а пол с невероятной скоростью устремляется мне навстречу. Затем я с размаху приземляюсь на бок с грохотом, похожим на ружейный выстрел.
К тому времени, когда за поворотом дороги открывается вид на окраины Марли, Лора начинает чувствовать боль: сбитые костяшки пальцев ноют, остальные ссадины и порезы, которых она поначалу даже не заметила, тоже дают о себе знать, суставы и мышцы ломит. А по мере того, как заряд адреналина идет на убыль, на Лору накатывает смертельная усталость: ноги и руки будто налиты свинцом, и она с трудом заставляет себя двигаться вперед. И все же в сотый раз ощупывает карман, проверяя, на месте ли сокровища. Все в порядке: ее добыча надежно припрятана.
«Вот он, мой шанс», – думает Лора. От волнения ее охватывает озноб. Сейчас она вернется домой, приведет себя в порядок, а завтра утром свалит из города. Проедет автостопом как можно дальше и заложит драгоценности в первом попавшемся ломбарде. В Марли этого делать нельзя: риск слишком велик, тут и думать нечего. А затем Лора возьмет вырученные деньги и… и что? В воображении рисуются смутные картины, как она начинает новую жизнь где-то там, в другом месте. Где именно находится это другое место, неизвестно, образы слишком расплывчаты. К тому же она понятия не имеет, сколько стоят драгоценности. Остается лишь надеяться, что за них дадут приличную сумму и что в ломбарде ее не обманут. И что денег хватит. Лоре нужно только выбраться отсюда. Неважно как. Она подумает об этом позже, когда будет далеко от Марли.
